– Кстати, я вроде бы видела фильм, в котором ты снималась! – возбужденно воскликнула Рита. – Он называется «Тайные страсти в ночи». Правильно?

– Да, – улыбнулась Мэрилин, похоронившая свое старое имя и внешность в недрах прошлого.

– Там ты еще умирала на снегу в золотом платье. Ночью, в парке старинного особняка, – вдохновенно вещала журналистка. – Это было потрясающе! А еще подумала, почему главная героиня так похожа на Мэрилин! Думала, что это у меня глюки.

– Никаких галлюцинаций! – твердо заявила та. – Я настоящая, спроси у моих любовников. Некоторые из них заявляют, что даже слишком. Трахаюсь я – как сумасшедшая, – женщина захихикала. – Иногда мои любовники говорят, что у них возникает мысль о некрофилии, когда они со мной спят. Но это их личные проблемы, не так ли?

Рита согласно кивнула, хотя и ее пробрала дрожь, когда она представила себе это зрелище.

– Кстати, тот фант, который вам с Алонио придется разыгрывать, придумала я! – улыбнулась она всеми своими ненастоящими зубами. При взгляде на ее зубы сразу почему-то вспоминался драгоценный фарфор эпохи Мин. – Честно говоря, я вам немного завидую. Алонио – очень красивый мужчина. К тому же, безмерно верен своей жене Орнелле, которая подарила ему единственную дочку. Только для наших игр он делает исключения. И то, они ведь проходят только два раза в году – слишком мало, чтобы доставить истинное наслаждение, – платиновая блондинка огорченно покачала головой. – Но, увы, чаще нам нельзя собираться. Просто не получается. Так как мы все заняты: съемки, концерты, кто на что горазд. Да и то, даже на наши постоянные сборища не всегда все члены клуба могут прилететь или приехать. В основном они предпочитают свои собственные самолеты или вертолеты. Прекрасный замок, которым официально владеет очаровательная певица Спарки, обладает своей собственной взлетно-посадочной полосой, находящейся в нашем аэропорту. Так же у нас около десятка обширных ангаров для частных самолетов. Как ты сама понимаешь, это все для того, чтобы члены нашего общества могли прилетать конфиденциально. Официальная версия – очередной праздник Спарки: ее день рождения или день ангела. Это – версия для журналистов, увы, они иногда пытаются пробраться на нашу территорию, – красавица внимательно глянула в лицо Рите. – Мы редко делаем исключение, моя дорогая.

– Я понимаю, что это – не для печати! – резко ответила Рита. – И свою выгоду я тоже ценю! Нет смысла душить курицу, которая несет золотые яйца – я это прекрасно понимаю.

– Ну, да. Потому что потом могут задушить и тебя, – с милой улыбкой, шутливым тоном ответила та. – Впрочем, за тебя поручились два наших члена – семейство де Ноблэ. Точнее, Леопольд и Элеонора, – женщин снова обезоруживающе улыбнулась.

Рита отметила, что красавица любит корчить гримаски – хлопать ресничками и выпячивать губки, подражая своему кумиру, а также строить из себя дурочку.

– А что, де Ноблэ – тоже члены вашего общества? – искренне удивилась Рита. – Да, недаром же говорят, что мир – тесен.

– Да, – мечтательно улыбнулась Мэрилин. – Для них сделали исключение, хотя они – не актеры и не певцы. Исключения у нас есть, но не слишком много. Например, я. А теперь и ты. Де Ноблэ – потрясающе красивые, аристократы с длиннющей родословной – многие это ценят, представь себе! А также они очень состоятельны. Да, и еще развратны, – по кошачьи улыбнулась женщина. – У нас это тоже ценят.

– Интересно, – протянула Свои. – А меня же за что оценили? Просто интересно, – поспешно добавила она, боясь, что эти привилегии у нее заберут до того, как успеют вручить. Не то, чтобы ей уж очень хотелось переспать с Алонио Булинго, но было интересно познать что-то новое, нестандартное, экзотическое. Попытаться хотя бы на какое-то время забыть про то, что с ней произошло. Рита понимала, что это эгоистично, думать только о себе, но не могла и дальше терпеть боль, грызущую изнутри.

– У тебя очень интересная мать, – улыбнулась Мэрилин. – Она многого достигла. И то, что она сделала… это просто уникально! Не у каждого журналиста получается окунуться в такую грязь, стать центром жутких событий, и, можно сказать, очутиться в эпицентре грандиозной шумихи, скандала. Жаль, конечно, что она ушла с работы, но я ее тоже могу понять, – вздохнула женщина. – Если бы из-за меня погибло около двадцати человек – я бы тоже постаралась от этого как-то отойти. Ей еще повезло, что она такая твердолобая. Другая бы на ее месте мучилась бы угрызениями совести или даже сошла бы с ума. Да и ты сама – достаточно интересная персона. Тебя нам де Ноблэ советовали, как я уже говорила, – Мэрилин улыбнулась вполне доброжелательно.

– Моя мама… – Рита чувствовала себя очень странно, словно получила удар обухом по голове. – Она… Сейчас. Я даже не знаю, жива ли она, – наконец закончила женщина. – Моя мама находится под обломками моего бывшего офиса, – с трудом проговорила Рита, даже сама не зная, зачем она заговорила про это с совершено незнакомой ей женщиной.

– Да, я читала. Ужасно, – кивнула Мэрилин. Впрочем, довольно равнодушно.

– А что такого сделала моя мама? – решилась спросить Рита. – Я об этом ничего не слышала.

– Действительно?! – блондинка, чьими кудряшками играл ветер, даже на миг оторвала взгляд от дороги. – Хм, интересно. Значит, она тебе не рассказывала, – пробормотала женщина.

Рита напряженно вслушивалась в тихие слова, чувствуя себя как на иголках.

– Тогда и я не имею права тебе ничего говорить, – огорошила ее Мэрилин. Увидев, как расстроилась женщина, красавица продолжила:

– Ты всегда можешь покопаться в старых газетных вырезках примерно тридцатилетней давности. Дату я точно не помню. Про это кошмарное происшествие тогда газеты чуть ли не всего мира писали! Западные – так точно все. Но только для начала реши, нужно ли тебе это знать, – очень серьезно проговорила женщина, заглядывая в ее глаза. – Не все тайны наших родственников стоит узнавать. Даже если тебе кажется, что ты, как журналистка, готова к любым откровениям. Если бы Мэри Вэллоу захотела, чтобы ты знала об этом, то рассказала бы все сама. С другой стороны, ты и сама могла бы узнать, если бы захотела… Кто из нас журналистка в конце концов.

Из-за того, что Мэрилин постоянно отрывалась от дороги, а скорость была приличная, едва ли не гоночная, порш чуть не съехал с дороги. Но поглощенные беседой и своими мыслями женщины этого даже не заметили.

Рита ушла в себя, потеряв желание о чем-либо ее расспрашивать. В ее памяти всплыли слова матери, сказанные в тот роковой вечер. Про смерть множества людей.

Рита попыталась отвлечься от тяжелых дум, вспоминая все, что знала про шотландские замки. Первым на ум пришел прекрасный Балморал, который до сих пор служит официальной дачей для королевского семейства Великобритании. Прекрасная летняя резиденция. Кроме того, что это был один из обжитых замков, хотя и не из самых древних строений, он был известен своими охотничьими угодьями и превосходными лесами. Другие замки, которые до сих пор служили резиденциями для многих аристократических фамилий, тоже поражали воображение, даже когда она о них только читала. Или те, которые были переделаны в отели и где номера продавались намного дороже, из-за якобы живущих в нем привидений. Хотя, как на вкус Риты, она предпочла бы провести ночь без такого «довеска». Призрачные соседи были не в ее вкусе. Она скорее перепугалась бы до смерти и предпочла бы скоротать ночь на какой-нибудь дискотеке в местном пабе, чем в комнате, куда могут вломиться беспринципные и ужасные духи, которым больше нечем заняться, как пугать туристов.