Я рассмеялась — уж очень трудно было сдержаться. Но еще не настало время открыться во всем моему супругу.

— Никто ни о чем не догадается, — сказала я. — Ты сам спрашивал меня: женщина я или колдунья? Так вот: я не та женщина, за которую ты меня принимаешь, но кто я, этого я тебе сейчас не открою. Во всяком случае, изобличить меня невозможно.

Муж мой онемел от изумления. Как я уже говорила, человек он был умный, дельный, иначе никогда за такой короткий срок не сумел бы разбогатеть. На первый взгляд он мог показаться сухим и даже черствым, но читатели, вероятно, уже поняли, что у него была мягкая, добрая и любящая душа. Он ни капельки не походил на Ромона-бабу и на других нынешних высокообразованных молодых людей. В отличие от них, он почитал Всевышнего. Он долго странствовал, наслышался повсюду о привидениях, духах, колдуньях и ведьмах и стал немного суеверен. Ему вспомнилось, как я его околдовала, как догадалась сегодня о вещах, мне неизвестных, вспомнилось все, что казалось ему во мне странным, и он почти поверил в то, что я колдунья. С минуту он сидел испуганный, ошеломленный. Но затем, призвав на помощь свой здравый смысл, сказал со смехом:

— Ну что ж, проверим, какая ты колдунья. Отвечай на мои вопросы.

— Спрашивай!

— Ты знаешь, что имя моей жены Индира. А как зовут ее отца?

— Хоромохон Дотто.

— Где он живет?

— В Мохешпуре.

— Кто же ты? — в третий раз испуганно воскликнул У-бабу.

— Я уже сказала, что на этот вопрос отвечу потом. Я не нечеловек.

— Ты говорила, что жила на берегу Черного озера, и поэтому нет ничего удивительного, если тебе все известно. Ну хорошо, а куда выходит парадная дверь в доме Хоромохона Дотто, ты знаешь?

— На юг. По обеим сторонам ее стоят статуи львиц.

— Сколько у него сыновей?

— Один.

— Как его зовут?

— Бошонтокумар.

— Сколько у Хоромохона Дотто дочерей?

— Во время вашей свадьбы было две.

— Как их зовут?

— Индира и Камини.

— Есть ли пруд неподалеку от их дома?

— Есть. И называется он Дебидигхи. В пруду этом много лотосов.

— Верно, я сам видел. Ты давно из Мохешпура? Какой он? Впрочем, это ты знаешь. Еще несколько вопросов. В каком месте совершался обряд передачи невесты на свадьбе Индиры?

— В северо-западном углу молельни.

— Кто совершал его?

— Ее младший дядя Кришномохон Дотто.

— Когда совершался обряд поздравления жениха, какая-то женщина сильно дернула меня за ухо, я запомнил ее. Как ее зовут?

— Бинду. У нее большие глаза и очень алые губы, а в нос вдето украшение.

— Так, — сказал мой муж. — Видно, ты сама там была, на моей свадьбе. А родственников ты всех знаешь?

— Родственников не знаю, служанок и кухарок тоже, о них не спрашивай.

— Когда сыграли свадьбу Индиры?

— В… году, двадцать седьмого числа месяца бойшакх [31] , на тринадцатый день после новолуния.

У-бабу задумался, а потом проговорил:

— Ну, теперь еще два вопроса, и я больше не буду опасаться, что тебя могут разоблачить.

— Спрашивай, я развею все твои страхи.

— Не знаешь ли ты, какой вопрос я задал Индире утром, когда мы с ней проснулись в комнате новобрачных?

Я ответила не сразу, при воспоминании о том утре слезы прихлынули у меня к глазам.

— На этот раз ты, кажется, попалась! — воскликнул супруг. — Какое счастье, что ты не колдунья!

Едва сдерживая рыдания, я ответила:

— Ты спросил Индиру: «Кто мы друг другу с этого дня?» А Индира сказала: «С этого дня ты мое божество, а я твоя рабыня». О чем еще ты хочешь спросить?

— Мне страшно говорить с тобой. Я, кажется, схожу с ума. Но все же скажи мне, за что наказал я Индиру в день свадьбы? И как это случилось?

— В одной руке ты держал руку Индиры, другую положил ей на плечо и спросил: «Кто я тебе, Индира?» Она же, в шутку, отвечала: «Слыхала я, что ты жених моей золовки!» В наказание ты легонько ударил ее по щеке. Она сильно смутилась, а ты поцеловал ее в губы.

При воспоминании об этом я почувствовала сладостную истому. Это был первый поцелуй в моей жизни. После этого никто не целовал меня, кроме Шубхашини. И ее поцелуи благодатным дождем оросили пустыню моего сердца.

Я задумалась. А мой муж низко опустил голову и закрыл глаза.

— Еще будешь спрашивать?

— Нет. Ты либо Индира, либо в самом деле колдунья.

Казалось, наступил момент открыть мужу всю правду. Ведь он почти догадался, кто я. Однако я не была в этом уверена и потому решила молчать.

— Сказать тебе, кто я? Я — Камарупа. В храме я стою рядом с Дургой [33] . Люди считают меня ведьмой, но это несправедливо. Мы принадлежим к роду видьядхари… Я провинилась перед богиней Дургой, и в наказание она превратила меня сначала в человека, потом сделала кухаркой, а затем падшей женщиной. Прославляя богиню, я смягчила ее гнев, и она повелела мне явиться к ней в храм, чтобы снять с меня проклятие.