И Дарлинг рассказал собравшимся, что он читал по этому поводу, и предложил свои выводы: появление гигантского кальмара в районе Бермуд было делом случая, каким-то сбоем в природе, и, поскольку суда и люди не были его естественной пищей, он, по всей вероятности, скоро уйдет отсюда, а пытаться изловить или уничтожить его не имеет смысла, потому что, по его, Випа, мнению, никто не сможет этого сделать, несмотря на честолюбивый план доктора Сент-Джона. «Короче говоря, – сказал Дарлинг, – оставьте животное в покое и ждите».

Сент-Джон назвал подход Дарлинга к этому вопросу «бездеятельным пораженчеством», и это вызвало новый раунд той же дискуссии.

Когда Дарлинг уходил, пробиваясь локтями сквозь толпу людей, он слышал, как кто-то упомянул о выпуске официального предупреждения мореплавателям, кто-то еще предложил сделать сообщение в печати о том, что каждый год от укусов пчел гибнет больше людей, чем от всех морских существ, вместе взятых. Он слышал также, как премьер объявил о создании комитета по рассмотрению предложений, возглавлять который будет доктор Сент-Джон.

Дарлинг шагал вдоль дороги к Сомерсету и думал, что же делать. По мнению Випа, часть проблемы всех этих людей заключалась в новой, современной жизни. Раньше, в старые времена, люди приняли бы появление чего-то, подобного архитеутису, без каких-либо вопросов. Необъяснимое и неизбежное составляло часть их жизни, и люди умели смиряться с этим. Но теперь все иначе. Люди были разбалованы. Они не могли примириться с ситуацией, требующей терпения и не имеющей легких решений.

Когда Вип подошел к узкой части дороги, укрепленной с обеих сторон стенами из известняка, сзади к нему приблизилась машина. Он сошел с дороги и попятился к стене, чтобы дать автомобилю проехать, но, обогнав его, машина замедлила ход и остановилась прямо перед Дарлингом.

«Ну, что еще?» – подумал Вип. Он посмотрел на багажник машины и увидел фирменный знак «БМВ». Кто-то богатый... и глупый. В стране с ограничением скорости до двадцати миль в час машина марки «БМВ» не являлась средством передвижения, она была забавой.

Со стороны пассажирского сиденья вышел какой-то мужчина и направился к Випу.

– Капитан Дарлинг? – спросил он.

Дарлинг разглядел пиджак из твида, желтовато-коричневые брюки и прогулочные ботинки с невысоким верхом, но не видел лица незнакомца.

– Мы с вами знакомы? – спросил он.

– Меня зовут доктор Герберт Тэлли, капитан.

Тэлли. Что-то знакомое было в этом имени, но Дарлинг не мог вспомнить, что именно.

– Доктор в какой области?

– Малак... ну в общем, кальмары. Доктор по кальмарам, можно так сказать.

– Вы можете не упрощать язык, говоря со мной. Слово «малакология» мне известно.

– Простите. Конечно. Можем мы подвезти вас до...

– Я хотел бы прогуляться, – ответил Дарлинг и начал обходить машину, но затем что-то вспомнил, остановился и обратился к незнакомцу: – Тэлли. Доктор Тэлли. Это вы написали ту книгу... «Последний дракон»?

Тэлли улыбнулся и кивнул:

– Да, это я.

– Хорошая книга. Полна фактов. По крайней мере, я счел это фактами.

– Спасибо. Э-э... капитан... мы бы хотели поговорить с вами. Могли бы вы уделить нам несколько минут?

– Поговорить о чем?

– Об архитеутисах.

В мозгу Дарлинга прозвучал сигнал внимания. Это, должно быть, тот человек, что позвонил в его отсутствие. Шарлотта сказала, что по выговору он был похож на канадца, и произношение Тэлли некоторых слов с головой выдавало его. Вип ответил:

– Я уже сказал все, что мог сказать.

– Может быть, вы тогда могли бы послушать всего несколько минут... может, выпьем по стаканчику?

– Кто это мы?

Тэлли указал в сторону машины:

– Мистер Осборн Мэннинг.

Дарлинг ничего не ответил, как будто не понял, тогда Тэлли добавил:

– Мэннинг... отец тех...

– О да, простите.

– Мы... он... он будет благодарен, если вы уделите нам время.

Дарлинг задумался, желая, чтобы Шарлотта была сейчас рядом с ним. Он не умел вести разговоры с лощеными людьми. С другой стороны, он не хотел проявить грубость. Во всяком случае, не по отношению к человеку, который только что потерял двоих детей. Как бы он себя чувствовал, если бы Дейна была съедена какой-нибудь... тварью? Он не мог вообразить себе это и даже не хотел пытаться. Наконец он сказал:

– Думаю, от этого никто не пострадает.

– Прекрасно, – согласился Тэлли, открывая заднюю дверцу автомобиля. – Есть приятный отель за...

Дарлинг покачал головой:

– Проезжайте по дороге еще сто ярдов и остановитесь у вывески с надписью «У Шилли». Я найду вас там.

– Мы подвезем вас.

– Я лучше пройдусь, – сказал Дарлинг и продолжил путь.

Когда-то «У Шилли» было заправочной станцией с одной колонной, затем – дискотекой, дамским магазинчиком, видеопрокатом. Теперь это был ресторан с одним залом, владельцем которого был отставной рыбак, когда-то ловивший акул. Он рекламировал свой ресторан как «родину знаменитых бермудских оладий из мяса кончи», что являлось местной шуткой, так как этих бермудских улиток выловили всех до единой давным-давно. Если на Шилли наседали, то он подавал клиентам что-то, что он называл жареной рыбой, но все же главным источником дохода была дешевая выпивка. Скелет старой бензоколонки, окрашенный в пурпурный цвет, все еще красовался на парковочной площадке.