– Говорите, – милостиво разрешил я и тут же заработал ещё один яростный возглас:

– Мерзкий ублюдок!

– Это она тебе, – пояснил я Илье, – а я – белый, мягкий и пушистый.

– Зара, успокойся! – одёрнул злобную девочку командир, – они нам нужны.

О-хо-хо! Мы им нужны, с ума можно сойти! Прежде наши отношения не заходили так далеко: треспы наголо – и вперёд! Ну, или загнать одинокого льва, посадить в клетку и две сотни дней морить голодом и пытками. Может и мне крикнуть какую-нибудь пафосную фразу, типа: "Мерзкие ублюдки!" Или ненавидяще сверлить их всех глазами? Я ведь, на самом деле, их всех ненавижу…

– Давайте начнём всё с самого начала, – предложил Илья и очаровательно улыбнулся, – скажем друг другу: "Добрый день". А потом, обнимемся и поцелуемся.

– Потрахаемся, – внесла посильную лепту кошка, полируя коготки куском бархатной тряпицы.

– Где четвёртый? – грубо прервал наши дружелюбные предложения охотник, с каким-то прямоугольным ящиком в руках, – вас должно быть четверо.

Ага! Так вот, как они нас нашли. Отсканировали медальоны на живых львах. В том числе и украшение покойной Ольги. Ну – ну, пусть поищут четвёртого.

– Она улетела, – я неопределённо покрутил пальцем над головой, – но обещала вернуться. Теперь – к делу – чем обязаны? Вообще, охотники в гостях у львов – такая честь! Заходите, чувствуйте себя, как дома. Вы уж извините, покушать не предлагаем, сами понимаете…

– Чар, да что с ними говорить! – взорвалась девчушка и сделала попытку вынуть оружие, но начальник удержал её руку, – они же издеваются над нами! Справимся и без их помощи.

– Зара, успокойся, – повторил свою мантру тот, кого она назвала Чаром, – к сожалению, нам не справиться без их помощи. А тебе, если ты собираешься изучать хищников, в их естественной среде обитания, следует быть спокойнее.

Эта бешеная пигалица собирается нас изучать? В разговоре проявились забавные обертоны. Я заинтересовался настолько, что закрыл книгу. Когда я взял тресп, охотники насторожились, но уже не так, как в первый раз. Ещё немного, и я смогу спокойно размахивать оружием перед их носами. Кто там говорил, будто человек не поддаётся дрессировке?

– Может быть, присядете? – гостеприимно предложил Илья, указывая на дощатый пол веранды, но охотники проигнорировали это любезное предложение.

Чар сделал несколько крайне решительных шагов и навис над нашим столиком, упёршись кулаками в столешницу. Он тяжело посмотрел, сначала на меня, потом на Илью и в конце концов, на Галю, которая тут-же лучезарно улыбнулась ему и сразу же вернулась к своему занятию. За это время я успел, как следует, изучить непрошеного гостя. Доспехи и одежда тщательно вычищены, но весьма изношены, если не сказать – потрёпаны. Похоже, охотничек успел побывать во множестве передряг. Рукоять треспа перемотана кожаной полосой с девятью жёлтыми полосками. Хм и о чём это может говорить? Значок, с перечёркнутым львом, когда-то выдрали с мясом, а потом пришили обратно – дорог, как память, или как? Шлем не носит и на свету хорошо заметна седина, в коротко стриженых чёрных волосах. Судя по изобилию глубоких морщин на загорелой физиономии, командир охотников перевалил через середину человеческой жизни, много испытав, за это время.

– Вы попали в запретный мир, – угрюмо сказал он, – не знаю, как долго вы здесь находитесь, – но одно могу сказать точно – здесь вы и останетесь. Без нашей помощи.

Охотники собираются помочь львам? Ва-ау!

– Очень любезно, с вашей стороны, – согласился Илья, изображая заинтересованность, – помочь нам вырваться отсюда и продолжить свой путь по человеческим мирам. Мы вам обязательно скажем: спасибо. Потом. Может быть.

Группа оживилась. Похоже, Илюхины слова задели их за живое. Чар, тот вообще, прикрыл глаза красными веками и скрипнул зубами. На его костлявом лице вовсю гуляли желваки. Но этот человек был крепким парнем и быстро взял себя в руки.

– Будь моя воля, – глухо сказал он и поднял на меня белые, от ненависти, глаза, – я бы вас всех перебил, проклятые людоеды.

– Кишка тонка, – Галя опять улыбнулась ему. Кажется, она пыталась его зондировать, – да и руки коротки. Все передохнете.

– Неважно. Даже если мы все отдадим свои жизни – это будет неплохой платой за избавление от четверых людоедов.

Э-э, так мы ни к чему не придём. Даже не узнаем, какого хрена им надо.

– Может быть ещё раз вернёмся к началу? – предложил я, – речь, вроде бы, шла о помощи и возможности убраться с этой чёртовой грани. Итак?

Некоторое время Чар молча сверлил меня взглядом, но убедившись в том, что я не слишком податлив, решил продолжить.

– Этот мир – закрыт. Заблокирован. Выбраться отсюда – невозможно. Сюда и попасть то можно, лишь при определённом стечении обстоятельств.

– Надо же, как нам повезло! – хихикнула Галя и я жестом, предложил ей заткнуться. Кошка послушалась, но надулась. Кстати, я заметил очень любопытную вещь: Зара, эта мелкая скандалистка, с каким-то особенным интересом, рассматривала именно львицу. Как будто это было нечто невиданное ею, до этого времени.

– А, как сюда попали вы? – поинтересовался я, постукивая пальцами по обложке книги, – ваш приход очень напоминал проникновение по стационарному порталу. Вы можете открыть его снова?

– Нет, не можем, – как же трудно далась ему правда, видно было, как человек хочет соврать, – переход активируется по тревоге и действует очень недолго. Портироваться успевает лишь дежурная группа защитников. Так было в этот раз и так же было двадцать семь лет назад. Отряд дежурных отправился, по тревоге, в этот мир и не вернулся. Прибыв сюда, мы, первым делом, постарались установить с ними связь, – он убрал ладони со стола и сжал их в замок, потом отпустил, – вы как-нибудь связаны с их исчезновением?