– Ты один?

– Я должен быть не один? – удивился Тимур. – Где твой Шамиль?

– Сейчас подойдет. Пошли, постоим у тачки. Пусть увидит, что ты один.

На лобовом стекле «вольво» красовался пропуск с логотипом Верховного комиссариата ООН по делам беженцев.

– Тебе дали от фирмы машину? – полюбопытствовал Тимур.

– Дали! От них дождешься! Купил по случаю у одного человека.

– Хорошо живешь.

– Все бы тебе смеяться! Сказать бы тебе, как я живу!

– Как?

– Как заяц, – буркнул Иса. – Только успевай оглядываться.

– А лезешь в сомнительные дела, – укорил Тимур.

– Да как не лезть? Как? Серьезным людям не отказывают.

– Шамиль серьезный человек?

– Ты даже не представляешь себе, какой серьезный! У меня к тебе просьба. Не говори ему, что знаешь, о чем будет разговор. Ничего не хочу об этом знать. Не скажешь?

Тимур неопределенно пожал плечами:

– Как получится.

Иса вдруг насторожился.

– Тихо! Идет!

– Да ты и правда, как заяц, – засмеялся Тимур. – Только что ушами не шевелишь.

Со стороны степи, из темноты приблизился высокий худой человек в черном кожаном пальто и надвинутой на глаза шляпе, приказал Исе:

– Погуляй.

Открыл перед Тимуром заднюю дверь «вольво»:

– Садитесь.

При свете плафона Тимур успел рассмотреть ухоженную черную бородку на бледном лице, аккуратные усы, сросшиеся на переносице брови. Дверь закрылась, свет погас, но и в темноте, изредка разбавляемой светом проходящих по дороге машин, Тимур чувствовал на себе пристальный настороженный взгляд. Майор-фээсбэшник был прав: опасный человек. Упертый. Он распространял вокруг себя опасность, как запах терпкого мужского одеколона.

– Вы знаете, о чем пойдет речь? – заговорил Шамиль резким, словно бы презрительным тоном.

– Да.

– Откуда?

– Сказал Иса.

– О чем?

– О покушении на президента Галазова.

– Много болтает.

– Успокойтесь, Шамиль. Если бы он не сказал, я бы не приехал. У меня своих дел хватает. Мне непонятно одно: почему вы решили говорить со мной?

– Если бы мы назначили встречу на блок-посту под Бесланом, вы бы поняли?

– Нет. И не говорите загадками.

– Вы и ваш компаньон Алихан Хаджаев – владельцы самого крупного ликероводочного завода в Беслане…

– Не самого крупного, – поправил Тимур. – В Беслане еще три завода. И все крупные.

– Считайте, что через вас я говорю со всеми водкобаронами. Годовой оборот ваших заводов – сотни миллионов долларов. Я прав?

– А вы умеете хранить коммерческую тайну?

– Разумеется.

– Я тоже, – с невинным видом сообщил Тимур.

– Остроумно, я это запомню, – холодно произнес Шамиль и продолжал, очевидно следуя намеченному перед встречей плану. – От Беслана до ингушской границы всего восемь километров. Вы представляете, что произойдет, если ваши заводы окажутся в зоне военных действий, как это было в девяносто втором году?

– Представляю. Бизнес остановится.

– Не остановится. Он будет полностью уничтожен. Ваши заводы превратятся в развалины.

– Может быть, – согласился Тимур. – А что, ингуши собираются повторить опыт девяносто второго года? Быстро же забываются уроки истории. Я не разбираюсь в ваших делах, но вроде бы движение «Ахки-Юрт» всегда было противником насильственной перекройки границ. Вы изменили свою позицию?

– Наша позиция неизменна. Мы добьемся восстановления исторической справедливости мирным путем. Закон на нашей стороне. Москве придется выполнить наши требования, если она хочет сохранить Северный Кавказ в зоне своего влияния. Толчок новому вооруженному конфликту может дать агрессия с осетинской стороны. Мы готовы к ней. Наш ответ будет предельно жестким. И никакая российская армия вам не поможет.

– Вот как? – удивился Тимур. – С какой стати нам нападать на ингушей?

– Могут возникнуть обстоятельства, которые заставят вас это сделать.

– Давайте закончим этот разговор, – предложил Тимур. – Мы говорим на разных языках. Я бизнесмен, вы политик. Спорьте с политиками, а мне это не интересно.

– Я не сказал главного, – предупредил Шамиль.

– Так говорите! Что мы тут воду толчем!

По-видимому, Шамиль не привык, чтобы с ним так разговаривали. Но Тимуру было до лампочки, к чему он привык, а к чему не привык. Он успел накопить большой опыт деловых переговоров и знал, что иногда полезно отбросить всю дипломатию и прямо сказать собеседнику все, что о нем думаешь. Это возвращало переговоры в деловые рамки.

– Несколько дней назад произошло событие, которое и заставило меня искать встречи с вами, – помолчав, заговорил Шамиль. – Событие вот какое. На наших людей вышел один человек и предложил организовать покушение на президента Галазова. Цена – миллион долларов. Триста тысяч аванс…

– Что значит «на наших людей»? – перебил Тимур.

– То, что я сказал. Наши люди – это наши люди. Поэтому я немедленно узнал о заказе.

– Они согласились?

– Нет, отказались. Не сразу. Это дало нам возможность расспросить человека, который вышел на наших людей.