Шрифт:
Ни много ни мало – тайна тридцати девяти ключей!
– Десять секунд!
– Эми, пойдем!
Дэн обернулся, увидел Эми, мигом подбежал к ней, схватил ее за руку и потащил за собой. Они упали в снег и стали ползти к вертолету, подгоняемые стрекотаньем винта и жужжанием самого легкого в мире мотора. Пилот распахнул дверь, и они в буквальном смысле упали в кабину.
– Давай, давай, давай! – осипшим голосом прохрипел Дэн.
Пилот последний раз проверил приборы и нажал на пуск. Вертолет на долю секунды замер, как перед решающим стартом, в котором главная награда – жизнь. Его лопасти пытались зацепиться за почти безвоздушное пространство. Наконец он нашел опору и стал медленно и нерешительно отрываться от вершины.
– Господи, неужели мы это сделали! Не могу поверить! – простонала Эми.
И тут откуда-то из-под земли, высунулась огромная рука в черной перчатке и сомкнулась вокруг левого полозья ультралайта.
Глава 24
Вертолет мелко задрожал и завис на месте, упрямо продолжая крутить винтом.
– Что там еще за помехи? – закричал пилот.
– Это не помеха, это Холт! – кричал Дэн. – Продолжайте взлет! Он отпустит!
– Мы не можем его взять – он слишком тяжелый! Мы теряем топливо! Если он нас не выпустит, мы не вернемся!
Перекрикивая вой ветра и стон мотора, Эйзенхауэр Холт ревел от титанического усилия в поединке с законами физики и природы.
Он взял свободной рукой ледоруб и просунул его лезвие в щель кабины. Потом навалился на него всем телом и потянул. Невесомая дверца, сделанная из прочного полимерного стекла, легко распахнулась. И перед детьми выросла огромная, искусанная морозным ветром голова с вытаращенными на пол-лица измученными глазами. Эйзенхауэр…
– КЛЮЧ!!! – прогремел он.
Эми больше ничего не соображала – от страха, от холода, от гипоксии. Тело ее онемело. Перчатка потянулась к ней и выхватила из ее безжизненных рук хрупкую старинную склянку.
Холт вывалился из кабины, разжал кулак и отпустил вертолет. Он сделал три шага назад. Вдруг из мерцающего облака вышли четыре шерпа и повисли у него на плечах – по двое с каждой стороны. Пятый, одетый в костюм космонавта, шел, шатаясь под ветром, прямо на него. Подойдя вплотную, он вырвал у Холта склянку.
Что случилось потом, останется в памяти не только участников этих невероятных событий, но и их потомков, навсегда вписав их имена в историю рода Кэхиллов.
Неожиданный порыв ветра ударил в фюзеляж A-Star и перевернул вертолет набок. Дэн ударился головой о стенку, а закоченевшую Эми вытряхнуло, как соринку, в открытую дверь и бросило на холодный снег… Вертолет перевернулся в воздухе и хвостом задел по спине Иана. Тот отлетел на несколько метров и рухнул в бездну.
Он успел зацепиться за снежный карниз и повис между небом и землей над ледником Кангшунг – пропастью глубиной в три с половиной тысячи метров.
Эми бросилась к нему, вцепилась в его перчатку, чтобы удержать его, но вместо этого в руках у нее оказался пузырек.
В первую секунду она возликовала. Он у меня!
Она опустила взгляд на Иана. И увидела за прозрачным шлемом до смерти испуганные глаза тинейджера в космическом костюме.
Вдруг карниз треснул, снег затрещал и начал медленно оползать в пропасть.
Глава 25
На размышления не ушло ни секунды. Она разжала ладонь и обеими руками вцепилась в Иана. Склянка полетела в бездну и исчезла навсегда. К ним подбежали шерпы и помогли втащить Иана на вершину.
Эми не могла сделать выдох. Сильнейший спазм сдавил ей грудь. Она бежала к вертолету и понимала, что это последние мгновения ее жизни, снег на ее глазах таял, все стало меркнуть, зрение исчезло… она понимала, что это конец…
Дэн втащил ее в вертолет. Пилот повернулся и захлопнул за ними дверцу. Сделав небольшой вираж, маленький геликоптер взлетел, оставив позади себя вершину.
– Формула, Эми… – спросил ее Дэн.
Эми покачала головой. Сознание стало возвращаться к ней. Она открыла глаза и виновато посмотрела на него.
– Я не могла позволить ему умереть!
И вдруг она поняла, что она только что сказала.
– Дэн, у меня был выбор! Я спасла сына Изабель Кабра!
– Не напоминай об этом, – ответил он, сжав зубы. – В следующий раз, когда они снова решат сделать из меня киндер-сюрприз, я буду знать, кого благодарить.
– Ты что, не понимаешь? Если бы Мадригалы были такими плохими, как все говорят, то я бы спасла формулу, а не Иана! Но я совершила человеческий поступок. Значит, если мы Мадригалы, то это еще не значит, что мы – зло. Мадригалы, конечно, ужасны, но мы способны сами изменить свою судьбу.
– А как же мама с папой?
– Не знаю…
Самый главный урок, который Эми вынесла из этой гонки за тридцатью девятью ключами, заключался в том, что дороже правды нет ничего на свете. Она была готова все отдать, только бы поверить, что мама с папой были хорошими людьми. Эми и Дэн снова посмотрели друг другу в глаза.
«Нудельман», – одновременно подумали они..
– Я бы тоже не дал ему умереть, – сказал Дэн после тяжелой паузы. – Просто мне жаль, что мы потеряли формулу, и все. Тем более что мы так и не успели понять, что это все-таки за ключ.