Димка помрачнел. Перспектива жить, изредка вылезая из костюма, что и говорить, не вдохновляла. Полковник правильно оценил смену настроения, подошёл поближе и положил руку на плечо.

– Вот поэтому, Дима, я сейчас с тобой и разговариваю. Это всё прелюдия была, а теперь давай-ка, брат, перейдём к делу.

Цой снизу вверх посмотрел на полковника. Что и говорить, Приймак умел разговаривать с людьми. Сейчас от него веяло доброжелательностью и желанием помочь. И, хотя Димка понимал, что это – всего лишь профессиональная уловка, но чувство симпатии к полковнику не проходило.

– Ну? – хмуро буркнул Цой. – Говорите, что вы там напридумывали… Только, чё-то мне кажется, что Вы мне сейчас не путёвку на курорт предлагать будете. И вообще, в последнее время мне что-то везти начало на всякую жопу.

– Да, ситуация непростая – согласился Приймак. – Но всё можно решить. В положительную для тебя сторону. Скрывать не стану, задание самоубийственное даже на первый взгляд. Но если ты сможешь его выполнить, то я – Приймак вытянулся перед Димкой – лично я, полковник Приймак, позабочусь о том, чтобы ты дальше жил. Героя Украины я тебе не гарантирую, сдаётся мне, что это тебе и не надо. Однако – решаемо. А обеспечить твоё безбедное существование – это даже не обсуждается. Вся экономика страны будет на тебя работать. Лишь бы она была, эта страна…

– Ну, так и что мне делать надо?

– Спасти мир, естественно, что ж ещё? – усмехнулся Приймак.

– Да-а-а, вот кем ещё не приходилось работать, так это Брюсом Уиллисом. Ладно, всё когда-нибудь случается в первый раз. И что мне нужно делать?

– Лейтенант Николаенко проводил разведку боем – полковник уже устроился в кресле, сцепил руки на столе и начал вводить Димку в курс операции "Прокол".

– Необходимо воспрепятствовать инициации Сверхвыброса. Даже если это произойдёт ценой уничтожения установки излучателя. Хотя – полковник усмехнулся – нам бы очень хотелось в ней покопаться.

– Само собой – ухмыльнулся Цой. – вам что ни дай, вы сразу думаете, как бы это приспособить, чтобы стреляло.

– Издержки профессии – скупо улыбнулся полковник. – Николаенко мог бы уничтожить установку, но он этого не сделал. Мотивы его поступка мы выясним позже, когда удастся его реанимировать. Сейчас мы…

– Что сделать? – ошарашено спросил Димка. – Реанимировать?!! Так он что – не того?..

– Того. Совсем того – полковник развернул монитор и продемонстрировал Димке изображение того самого "инсулинового шприца", которым Димка уколол лейтенанта. – Это новое экспериментальное средство, созданное на основе вытяжки из слюны кровососа. Соматический биологический консерватор. При введении этого препарата в кровь живого организма, ну, или в мёртвое тело, через пару минут это тело переходит в состояние анабиоза. Консервируется. Признаков жизни не подаёт по причине отсутствия таковых. Объект не живёт. Но и не умирает. А если инъекция была сделана в мёртвое тело сразу же после наступления смерти, то и не разлагается. Что даёт надежду когда-нибудь его реанимировать. Сейчас мы уже вплотную подошли к этой возможности. Для Николаенко эта возможность будет лучшей наградой за проявленные доблесть и героизм.

– Во блин, какие дирижаблики! – изумлению Димки не было предела. – Так, а если вы ещё не умеете оживлять, то нафига лейтенанту такая радость? На всякий случай?

– Препарат экспериментальный, и случай действительно представился очень удобный – полковник помолчал немного, а потом выдал такое, от чего у Димки резко поубавилось симпатии и к лейтенанту, и к полковнику, и к армии в целом.

– Предполагалось, что лейтенант Николаенко использует препарат на другом биообразце. Другими словами, на первом подвернувшемся сталкере.

У Цоя перехватило дыхание.

– Это подло – тихо сказал Димка. – Какие же вы, ребята, скоты…

– Твари, ублюдки и моральные уроды – подхватил полковник. – Знаю всё, что ты хочешь и можешь мне сказать. И я оправдываться не буду. Если можешь, научи нас действовать по-другому. И мы будем действовать именно так. Только без этих сопливых: "Должен же быть какой-то другой выход". Конкретику, пожалуйста!

Димка проглотил слова, которые только что собирался сказать. А других слов у него и не было.

– Цель оправдывает средства, не разбив яиц, не приготовишь омлет, всё во имя Великой Цели… – Приймак тяжело взглянул на Димку. – Ты может, думаешь, что нам легко отдавать такие приказы? Правильно думаешь. Нам легко. Если бы я переживал за каждый приказ, при выполнении которого кто-нибудь пострадал, или погиб, я бы давно застрелился. Как ни гадко и не противно это признавать, но некоторые решения получены ценой людских жизней. Радуйся, что не тебе приходится эти приказы отдавать, а со своей совестью я как-нибудь разберусь.

Помолчали. Разумом Димка понимал, что совершенно зря заставил Приймака всё это говорить. Однако чувства с логикой упорно соглашаться не желали. И всё таки…

– Всё? Рефлексировать по поводу нравственности закончили? – резко спросил полковник.

– Так точно – буркнул Цой. – Всё равно ничего не изменить.

– А посему продолжим. Тебе необходимо будет проникнуть в Саркофаг, который на данный момент является полигоном для испытаний технологий прокола. Первый прокол состоится через два с небольшим месяца, для переброски агентов влияния. Директора GSC Game World Сергея Григоровича зомбируют и внушат мысль о том, что это он создал игру. "Подготовят" и всех сотрудников компании. Через небольшой промежуток времени, от двух до пяти минут, будет произведена инициация Сверхвыброса, и в момент пиковой активности – второй прокол. Уже в другую точку пространства-времени, примерно в 2008 год. Кстати, это у нас пройдёт три-пять минут. В том мире может сколько угодно времени пройти. После этого наступит новая эра. Эра Зоны и О-Сознания.