Люц вякнул: «А я говорил, что она будет против!», я решил действовать. Схватил котелок, долбанул Са по голове. Думал — вырубится, но нет! Она обернулась, и я понял — это смерть моя. Таким взглядом она на меня не смотрела еще со времен тех самых вопросов. Я попятился.

Са неожиданно расплакалась, и потом пришлось мне и Симу ее утешать. Она успокоилась только через два часа! Сим сказал, что проведет решающий разговор, и отослал нас вперед. Боюсь даже представить, чем они там занимаются… Уж точно не интимом — я уже немного изучил характер Са, она бы дождалась до свадьбы, устроив своеобразное испытание будущему супругу.

Какого же было наше удивление, когда Саишша пролетела мимо нас на немыслимой скорости, а за ней почти одновременно появился мчащийся огромными скачками — почти два метра! — Сим.

Они пролетели, будто их и не было — такая у них была огромная скорость! Впереди донесся крик, что они нас перегнали. Мы решили поторопиться, и через неполную минуту уже стояли под деревом, на котором обосновалась Са. Сим стоял под ним, скрестив руки на груди и мрачно повторяющим:

— Слезай… Слезай… Саишша! Не мотай мне нервы!

— Не слезу… Не слезу… Сим! Я не мотаю, а перематываю себе, а то мои уже закончились!

— Вы, я смотрю, уже помирились! — осторожно поинтересовался я и тут же пожалел об этом, когда на мне столкнулось два возмущенных взгляда.

— Мы и не ссорились! — возмутилась Са. Сим согласно покивал, уже примериваясь, чтобы забраться наверх.

— Сим! Не смей! Не лезь! А то я тебе шишку в известное место запихаю! — запаниковала шасса.

— Почему? — пропыхтел паладин, устроившись на первой ветке и задрав голову вверх, чтобы лучше видеть Са.

Мы тем временем уже разбивали лагерь, так как это, похоже, затянется надолго.

— Потому что можешь упасть и сломать шею! Ладно, я — у меня хвост есть, а ты? Чем ты цепляться будешь? Я лучше сама к тебе слезу, — Са, в подтверждение своих слов, стала спускаться, что удалось ей не в пример быстрее, чем Симу. Будто тень мелькнула — и вот она уже лежит, вытянувшись всем туловищем на оставшемся куске ветки.

— Какая забота! — саркастически протянул Сим, опираясь спиной о ствол ветки, — А ты не забыла, что я самое опасное существо Светлой Империи, и вообще кровожадный убийца?

Са пристально оглядела паладина, а потом покачала головой и как бы в пространство протянула:

— Кровожадность на лицо…

— Так она согласилась? — как всегда не вовремя влез Люц.

— Да согласилась я, согласилась… — проворчала шасса, даже не пытаясь перекрыть громкие поздравления Люца и более сдержанные — меня и Найта.

— Да, Сай теперь моя! — собственнически протянул Сим.

— Прежде всего, я своя собственная, и лишь потом я буду принадлежать своему мужу, — парировала шасса.

— А мне? — растерянно спросил Сим.

— Как говорится, сначала женись…

— Не отпущу тебя до утра, а то и до полудня! — мстительно прошипел паладин.

— Интересно, насколько у них все далеко зашло? И кстати, они не поубивают друг друга в пылу ссоры? — тихо спросил у Найта я.

— Понятия не имею. Впрочем, милые бранятся — только тешатся, — так же тихо ответил мне паладин.

— Эй, мы все слышим! — в один голос воскликнула будущая ячейка общества — это я про Сима и Саишшу.

— А вы уши заткните, — посоветовал им Люц.

— Так, у нас есть для вас ужасная новость. Рассказывать? — перешла на деловой тон Саишша.

— Конечно.

Са кратко изложила нам, какая печальная участь нас будет ожидать, если мы здесь задержимся.

— Ты не одинока в своих суждениях, — спокойно ответил в ответ ей Найт, — Я давно это подозревал.

— Вот ты и придумаешь, что нам делать! — радостно заключила шасса.

— Почему я?! — мигом растерял все свое спокойствие Найт.

— Потому что самый старший, — ехидно протянула Са, — И потом, вы мужики или кто?

— Или кто, — тихо пробормотал про себя я.

— Что, правда?! — мигом повернулась ко мне Саишша.

— Нет! — рявкнул я. Остальные уже ухохатывались, всхлипывая от смеха.

Са тем временем о чем-то задумалась, затем согнала со своей ветки Сима. Приманив заклинанием свой черный рюкзачок, она вытащила из него кипу листков бумаги и карандаш. Затем быстро что-то застрочила, изредка отрываясь от этого занятия и задумчиво смотря в небо и грызя карандаш.