– Что здесь закопал мистер Хэмлин?

– Все, включая несколько разбитых пузырьков от таблеток. Когда твою жертву найдут, то сочтут, что у старика во сне произошел сердечный приступ, после чего он скатился с кровати и неудачно приземлился. Ничего подозрительного, из-за чего стоит начинать следствие. Даже если полицейские решат проверить вещи старика на наличие чужих отпечатков пальцев, они ничего не обнаружат. Мистер Хэмлин протер лопату. Мы с ним заключили пари: мой брат выберет свой народ или тебя? – Ями вздохнула. – Мистер Хэмлин высоко оценивает твои шансы. Странно, почему?..

Я с удивлением посмотрела на нее.

– С какой стати ему заключать пари? Почему он тебя… не поглотил?

– У него своеобразные вкусы. – Ями протянула руку, продемонстрировав блеклый шрам на серой коже. Он имел форму полумесяца, и мне вспомнилось, что ее пронзили осколки костей. – Хотя я и умерла молодой, но было мучительно больно.

– Прости.

Она кивнула, принимая извинение как должное. Затем погладила шрам в виде капли на моей щеке. С кончиков ее пальцев срывались огненные искры, похожие на статическое электричество, только более колкие и неприятные, чем у ее брата.

– Прискорбно, Элизабет, что ты выбрала такую дорогу.

– У меня не было выбора.

– Но ты выбирала – и уже не раз, – тихо произнесла Ями. – Иногда я задаю себе вопрос, а не ошибся ли брат, когда последовал за мной. В тот день наши родители потеряли двоих детей.

– Но теперь ты хочешь, чтобы он остался с тобой?

– Владыка Яма тоже выбрал свой путь, – резюмировала Ями и встала. – И помни, Лиззи: жизнь – бесценна.

Она щелкнула пальцами, и в траву упали капли. Они блестели, как черные бриллианты.

Пока она не успела уйти, я сказала:

– Ты, вероятно, права. Он не покинет ни тебя, ни свой народ. Во всяком случае, ради меня.

Ями на мгновение замерла, скрестила руки на груди и исчезла.

– Знай я ответ заранее, это бы не было настоящим пари, – донесся до меня ее голос.

Сперва дело шло медленно. Долгие дни Дарси впустую пялилась в экран компьютера. Однако она заставляла себя час за часом не подниматься из-за стола, пока наконец-то не начали приходить нужные слова. Целую неделю они капали, как вода из сломанного крана, но постепенно полились быстрее, а потом на страницы стали ежедневно выплескиваться целые главы. В итоге Дарси развила такую же ужасающую скорость, что и полтора года назад, в судьбоносном ноябре, а затем превысила и ее.

И «Безымянный Патель» поглотил ее: собственные драмы потонули в гомоне продолжающейся истории Лиззи и привидения, которое по ошибке приняли за кого-то другого. Дарси утратила свое «я» в построении сцен, синтаксисе и в точках с запятой, в сюжете, конфликте и персонажах – во всех элементах романа, которые явно соперничали друг с другом за место на экране ее ноутбука. Чтобы писать, Дарси вскакивала среди ночи, но не потому, что боялась забыть идеи, а потому, что ее голова взорвалась бы, если бы она их не записала.

Она проработала весь свой девятнадцатый день рождения – почти сутки напролет.

Месяц помчался быстро таким бешеным галопом, что Дарси почти не чувствовала пустоты и не замечала кресла по другую сторону письменного стола. Ей никогда не надоедала купленная навынос лапша, и она не беспокоилась о деньгах или прочих бытовых мелочах. А в середине мая Дарси обнаружила, что она почти завершила черновик второго романа. Безымянный текст получился сырым, совершенно хаотичным в конце, но Дарси знала, что у нее есть время, чтобы это исправить.

Насколько она могла судить, у нее получилась настоящая книга или нечто, достаточно близкое к этому. Кое-где даже мелькали удачные находки. За неделю до американской книжной ярмарки она отослала мейл Мокси Андербридж и на несколько суток провалилась в сон.

Книги в ее сновидении были бесплатны. Это было волшебство – головокружительное и потрясающее.

Дарси проснулась рано, беспокоясь из-за своего первого публичного мероприятия: как-никак, а ее ожидала суета с предварительными читательскими копиями ее дебютного романа! Когда приехала машина с шофером, чтобы доставить ее на окраину и высадить перед центром Джейкоба Джевитса, ее нервы натянулись, как струны.

Обширный главный зал гудел от наплыва посетителей. Потолки достигали метров пяти, а воздух дрожал от гула голосов тридцати тысяч книготорговцев, библиотекарей и профи из издательств. Ошеломленная Дарси чувствовала себя маленькой и подавленной.

Зато книги здесь были бесплатны.

Одни экземпляры были собраны в скромные штабеля по двадцать штук, а из других, как из кирпичей, соорудили громадные книжные крепости, и в них можно было спрятаться. Некоторые вручались, если к ним проявлялся хоть какой-то интерес, а некоторые были расположены настолько красивыми спиралями, что их было жаль рушить. Ну, почти жаль.