– Здравствуй, – сказала она.

– И ты, и ты, – откликнулся он. – Чем бы я услужить тебе мог? Ты по поручению княжны?

– Нет, – сказала Эржбета. – По собственному почину.

– Да, – согласился он. – Присядешь?

– Присяду.

Эржбета присела на походный сундук.

– Хочу я оказать тебе услугу, Рагнвальд.

– Кто у тебя сопровождающий?

– Не обращай на него внимания. В его обязанности входит только – меня сопровождать, как ты это верно подметил. Слушать, о чем мы тут говорим, он не будет.

– Почему?

– Не расположен. Итак, услуга великая, и ты, конечно же, оценишь ее.

– Мне не нужны ничьи услуги, – ответил Рагнвальд равнодушно.

– Не суди столь поспешно, Рагнвальд. Кто знает? Иногда понимаешь, что услуга была нужна только после того, как тебе ее оказали. Еще в Сказании про Аргонавтов есть об этом упоминание.

– Я не сведущ в Библии, – сообщил Рагнвальд.

– Понимаю, – сказала Эржбета. – Так вот, Рагнвальд, все мы зависим от поведения великих мира сего. А на это поведение можно влиять, если располагать нужными знаниями.

– Не понимаю тебя, – сказал Рагнвальд.

– Сейчас поймешь. Я разъясню.

– Это весьма учтиво с твоей стороны, – протянул Рагнвальд, тоскуя.

– У польского конунга Болеслава есть сын, не так ли.

– Так, – сказал Рагнвальд, подозрительно глядя на Эржбету.

– А у конунга шведского Олофа есть дочь.

Глаза Рагнвальда сузились, кулаки сжались. Он приподнялся.

– Есть, – сказал он.

– А Болеслав – союзник Святополка.

– Мне нет никакого дела до Святополка.

– Тебе, может, и нет. Но почему-то до него есть дело твоему повелителю.

– У меня нет повелителей, – возразил Рагнвальд.

– Человеку, считающему, что он твой повелитель.

– Никто не смеет так считать.

– Человеку, который выполнял бы функции твоего повелителя, если бы такой благородный человек, как ты, нуждался бы в повелителе, вот ему зачем-то понадобился Святополк. И он решил укрепить свой со Святополком союз, поженив Мешко и Ингегерд.

– Но еще не поженил.

– Именно этим тебе и следует воспользоваться.

– Может быть.

– Ты мог бы предпринять кое-что для того, чтобы этот брак не состоялся.

– Что же?

– Предоставь это мне.

Рагнвальд усмехнулся презрительно.

– Тебе или Марие?

– Мне лично, – объяснила Эржбета, улыбаясь.

Рагнвальд на некоторое время задумался, но вскоре пришел к выводу, что в этом деле все средства хороши.

– А что ты собираешься делать?

– Я расстрою этот брак.

– Каким образом?

– Не скажу.

– Почему?

– Каприз.

Рагнвальд снова присел на ложе и подпер подбородок кулаком.

– Хорошо, – сказал он. – Предположим, я согласился. Что я должен буду сделать взамен?

– Совсем мало. В сущности, совершеннейший пустяк. Формальность.

– Я слушаю.

– Ты должен будешь на мне жениться.

Рагнвальд даже не рассердился. Он несколько раз мигнул, покачал головой, и в конце концов засмеялся.

– Никто не берет тебя, да? – спросил он.

– Дело не в этом. Мне не нужен муж.

– Совсем не нужен?

– Я не желаю никому принадлежать. Я сама по себе. Мне нужна полная свобода. Поэтому ты мне очень подходишь.

– Не понимаю.

– Ты на мне женишься, даришь мне во владение какую-нибудь землю, у тебя земли много. И мы друг другу не мешаем. Женатый, ты будешь иметь возможность приглашать Ингегерд к себе – погостить. Ничего зазорного.

– Сомнительно. А ты?

– А я буду владеть частью твоей земли, и тоже буду кого-нибудь приглашать. Если после этого мы вместе с тобой подумаем, за кого бы таким же способом выдать Ингегерд – будет совсем замечательно.

Рагнвальд еще немного поразмыслил. Предложение звучало заманчиво. Дать ей какое-нибудь захолустье … бесхозных земель много … Выдать Ингегерд… Ингегерд… за кого?

– За кого?

– У меня есть на примете один, кого она совершенно точно не заинтересует, как женщина, но который мог бы на ней жениться.

– Кто же?

– Не скажу.

– Почему?

– Мне это не выгодно. Как-нибудь потом. Сейчас мне нужно только твое согласие.

– Хорошо, – сказал Рагнвальд. – Я согласен.