Вся надежда была на тех, кто обещал перехватить желтый микроавтобус. Пусть они заберут детей, пусть они разбираются!

– «Только что стало известно еще одно требование террористов! Обеспечить свободный подъезд к самолету микроавтобуса, который должен через четверть часа появиться на территории аэропорта! – сообщил звонкий голос. – Итак, освобождение узника совести, самолет и пассажиры загадочного микроавтобуса, который вот-вот прибудет на летное поле!»

Руслан временно потерял управление, машина вильнула.

Дети не могли связаться с террористами! У них просто не было такой возможности! Ведь они узнали о террористах только из радиопередачи… или вербальный код активизировал некую телепатическую связь?…

Скорее бы перехватили, что ли, обреченно подумал он, скорее бы перехватили…

Но никто не заступал дорогу с автоматами, никто не стрелял по колесам, не кричал в рупор, чтобы выходили по одному. И через несколько минут, миновав силосные башни, микроавтобус проехал по узкой шоссейке и уперся в решетчатые железные ворота – одни из запасных, непонятно для чего понатыканных по периметру ограды аэродрома. Возле ворот торчала заброшенная будка, через которую при желании можно было проникнуть вовнутрь.

– Приехали! – воскликнул Жорка. – Руслан, мы готовы.

– К чему готовы?

– Ты нас веди, ладно? – попросил Макс. – Мы же не знаем, где этот самый накопитель.

– Значит, я должен вас вести на верную смерть? – спросил Руслан. – Ведь террористы не знают, что вы идете к ним на помощь. Или знают?

– Ничего они не знают! – крикнул Эмиль. – Вот именно поэтому…

– …мы должны им помочь, – закончил Макс. – Ренатка, иди сюда, давай руку. Вот опять потеряешься – кучу времени потратим…

Руслан тянул, сколько мог, но обещанной помощи все не было. Вдруг его осенило – засада подготовлена на территории аэродрома. Детей перехватят, когда они пойдут пешком, вот что! Мысль была разумна, и он похвалил себя, что додумался до такого простого решения.

Дверь будки не поддалась – она открывалась наружу. Руслан нашел в салоне микроавтобуса, в куче всяких нужных железок, трос, думал, что удастся оторвать разве что мощную дверную ручку, но повезло – в несколько осторожных рывков машина выдернула эту дверь, и дети кинулись в будку.

Он понадеялся было, что дети бросятся к накопителю и забудут о нем – не вышло. Они ждали его, они с двух сторон взяли его за руки и пошли цепочкой, сперва по сырой траве, потом набрели на бетонированную дорожку, слишком узкую, чтобы идти в ряд, пришлось клином.

Все это смахивало на дурной сон, симптом какой-то гнусной болезни.

Руслан первым вышел на большую взлетно-посадочную полосу. Вышел примерно в середине ее. Один конец таял во тьме, другой вел к светлой башне накопителя. Теперь цепочка могла вытянуться, как полагается.

Полоса освещалась бледными фонариками, снопиками идущего из-под земли света, от снопика до снопика – метров десять, не больше…

– Идем, – сказал Макс. – Ты не думай, мы не боимся. Когда ты нас ведешь – нам не страшно. Идем!

И тут раздались выстрелы.

Руслан, таща за собой детей, кинулся прочь с освещенной полосы.

– Ты куда?! Не надо! – кричал крепко прихваченный за руку Ренатик.

Руслан не соображал – соображения не осталось. Он не мог бы объяснить, как вышло, что он сбил несколько малышей с ног, а сам рухнул сверху, раскинув руки, словно стараясь спрятать детей между собой и землей.

Даже если это были живые ходячие бомбы… все равно же это были дети… а остальное – потом, потом…

Рассудок очнулся, заработал, и вдруг до Руслана дошло – стреляют не здесь, не по нему, не по мальчишкам. Он встал на колени и поворачивался, прислушиваясь. Вдали, у накопителя, что-то орали в рупор. Руслан удивился – как близко удалось подойти к башне, это парламентеры, что ли?

– Пойдем, – сказал Жорка. – Они там не справятся и все испортят.

– Кто не справится, братья? – устало спросил Руслан.

– Да нет же… Пойдем, ты нас веди, а мы там поймем, что делать.

– Никуда вы не пойдете, там стреляют.

– Ну и что? – удивился Макс. – Это как раз ерунда. Ты просто не знаешь.

– Чего я не знаю? Что вас пули не трогают?

– А они должны нас трогать? – подал голос Ренатик, растиравший слишком сильно сжатую руку.

– Пойдем, ты все увидишь, – настаивал Макс. – Жорка, объясни ему, у тебя лучше получается.

– Тут не объяснить, тут нужно просто взяться за руки, – сказал Жорка. – Он все почувствует и поведет нас.