– Это было в другую эпоху, - честно сказал Вольф, - я не могу поручиться за каждого из них. Раньше, действительно, мог. Но сейчас не могу. Я думаю, что вы меня правильно понимаете.

– Конечно, - мрачно ответил Марков, - у нас похожие проблемы с нашими союзниками в Польше, Венгрии, Болгарии. Старые связи нарушены, приходится устанавливать новые.

– Это три агента имели доступ к самой секретной информации, - медленно произнес Вольф. Он налил в два стакана красного вина, передавая один из них сидевшей рядом с ним Марине.
– Мы планировали их внедрение довольно давно. Операция проводилась в несколько этапов. Закрепление, обретение связей, знакомство, женитьба, доступ к информации.

– Им разрешалось говорить своим женам, на кого именно они работают? заинтересовалась Чернышева.

– Как правило, они не раскрывались полностью. Речь могла идти о неких общих интересах самой Западной Германии. Но в виде исключения мы иногда давали согласие на подобный шаг.

– Этим троим вы тоже давали разрешение на подобные откровения?

– Не давали. Но агенты могли и сами проявить некоторую инициативу. Это были сотрудники, имевшие право на самостоятельные действия.

– Во всех трех случаях была использована одна и та же схема?

– Практически, да. Во всех трех случаях были выбраны женщины, работавшие в интересующих нас учреждениях и не сумевшие устроить личную жизнь. Разумеется, мы отбирали и с учетом личностных характеристик каждой и их потенциальных возможностей.

– Что это означает?
– спросила Марина. Вольф мягко улыбнулся. Отпил немного вина.

– Говоря о потенциальных возможностях, мы оценивали шансы той или иной женщины найти себе мужчину.

Марина выдержала его насмешливый взгляд. Но чуть покраснела.

– Вы имеете в виду, что подобрали самых бесперспективных?

– Вот именно, - кивнул Вольф, - тех, кто уже не мог надеяться найти себе подходящего мужчину. В силу физических либо психологических причин. И вдруг появляется молодой, красивый, богатый... Это действует довольно убедительно. Вы меня понимаете?

– Это довольно жестоко, - заметила Чернышева.

– Мы не оперируем таким понятием, товарищ полковник, - спокойно произнес Вольф.
– У нас несколько другие критерии отбора. Использовать любую возможность, чтобы прорвать оборону противника, - это универсальный принцип любого нападения.

– Противника, - повторила Чернышева, - а ведь речи идет о несчастных женщинах.

Марков с интересом следил за беседой, не вмешиваясь в разговор.

– Я не хочу быть циником, - усмехнулся Циннер, - но, по-моему, вы напрасно так переживаете за женщин. Они получают то, чего никогда не смогли бы получить. Хорошего, верного, красивого спутника жизни. Разве это так плохо? В конце концов, они ничего не теряют, а только приобретают.

– По-моему, вы все-таки циник, - поморщилась Чернышева. Она видела внимательный взгляд Маркова и понимала, что он, как обычно, наблюдает за ее реакцией. Но неприятие подобного "метода в разведке" было достаточно искренним.

– Я думаю, мы все понимаем ваше негодование, - снова пригубил свое вино Маркус Вольф, - но вы должны понять и нас. Это был очень эффектный и надежный способ проникновения нашей агентуры в закрытые ведомства противника. Мы получали агентов, которые уже прошли многократную проверку и в чьей лояльности никто не сомневался. Чтобы закрепиться в канцелярии канцлера в БНД, нашему сотруднику понадобилось бы много лет. Знакомство с женщиной позволяло существенно ускорить процесс проникновения нашей разведки и тайны другой стороны.

– У нас просто не было никаких других возможностей, - добавил Циннер, иначе мы бы не смогли проникнуть ни в Пуллах, нив МИД, ни в канцелярию канцлера.

– И вы были уверены, что все эти агенты способны выполнять любые ваши поручения? Спросила вдруг Чернышева.
– Вам не кажется, что всегда существовал определенный риск провала ваших агентов?

Опытный Вольф, почувствовав, что она сейчас спросит, промолчал. А Циннер, кинув на него осторожный взгляд, сказал:

– Пока с ними были их мужчины, мы были уверены в их искреннем желании сотрудничать с нами. А почему вы спрашиваете?

– Я вдруг подумала, что будет, если кто-нибудь из подставленных вами женщин вдруг узнает, почему именно ей привалило "такое счастье" в виде ее очаровательного спутника жизни. Разочарование в таком случае бывает очень жестким. И месть может быть довольно неприятной для вашего нелегала.

– Мы просчитывали этот вариант с нашими аналитиками, - строго ответил Циннер.
– В случае необходимости агенту предлогалось немедленно свернуть всю работу и возвращаться.

– А если ему некуда возвращаться?
– задала очередной вопрос Чернышева.
– Вы понимаете, какой конфликт может возникнуть между обманутой женщиной и ее спутником?