Массивная дубовая дверь отворилась бесшумно, впуская в наполненное ароматом сандала помещение тонкую девичью фигурку в простом белом платье. Прижимая к груди букет полевых ромашек, девушка осторожно прикрыла створку и приблизилась к алтарю. Её прелестное лицо, обрамленное рыжевато-каштановыми локонами, лучилось счастьем и радостью, несмотря на тени бессонной ночи под блестящими зеленовато-карими глазами единственной. Улыбнувшись ласково взирающей на неё Богине, девушка торжественно возложила цветы на алтарь. Изящными длинными пальчиками выбрала несколько розовых лепестков и кинула их в чашу с благовонием. Постояла немного, с благодарностью глядя на склоненный к просителям каменный лик, затем развернулась и неторопливо направилась к выходу. И не заметила, как из-за статуи вышла женщина в струящемся ритуальном одеянии цвета полуденного неба. Синий, отороченный белым кружевом покров скрывал её волосы и отбрасывал тень на лицо.

Хотя женщина двигалась совершенно бесшумно, девушка, будто почувствовав присутствие кого-то ещё, замерла, обернулась.

– Доброе утро, - поздоровалась она, с легким недоумением наблюдая за приближающейся жрицей.

– Доброе, дитя моё, - отозвалась женщина.
– Ты волшебница, не так ли?

Девушка кивнула.

– Откуда вы знаете?..

– О, мне многое ведомо, - протянула жрица, подойдя к собеседнице вплотную. Склонила голову набок, явно изучая девушку.
– Тебе ведь это уже не нужно, Анна-Изабелла.

Тонкие брови поползли вверх.

– О чем это вы?

– А мне нужно. Не беспокойся, тебе он не повредит.

Мерцающие глаза тревожно расширились, но женщина неуловимым движением выпростала из складок одеяния затянутую в белую перчатку руку и сомкнула пальцы на шее девушки. Та вздрогнула, шумно вздохнула, смежила веки и начала медленно оседать к ногам жрицы. Когда Анна в нелепой позе распростерлась на полу, женщина наконец разжала пальцы и выпрямилась.

– Здоровый сон - что может быть лучше?
– пробормотала жрица и оглянулась на безмолвную статую.
– Разве я не заслужила второго шанса?

Мраморное изваяние ничего не ответило. Промолчало оно и тогда, когда женщина телепортировалась из храма вместе с телом волшебницы.

Глава 1

И жили они долго и счастливо...

Концовка доброй половины сказок

– Ну, в обчем, выпьем за... за...
– Будущий счастливый супруг покачнулся, нахмурил лоб в безуспешной попытке вспомнить, в честь чего вечеринка, и скосил вопросительный взгляд на сидящего рядом советника.
– Э, за что пьем-то, а?

Лохматый рыжий катесс, облепленный сразу тремя представительницами своей расы, с неохотой оторвался от прелестей левой красотки, благодушно обозрел опасно накренившегося человека и выдал:

– За конец холостяцкой жизни.

– Во!
– обрадовался оригинальной идее жених и поднял кубок повыше.
– За нас с вами, короч.

Выпили далеко не все. Кто-то предпочитал активно интересоваться доступными девицами, кто-то уже ничем не интересовался, звучно похрапывая под столом, кто-то и вовсе убрел в сад и ещё не вернулся. За сад отвечала Фелис, там от её дикарских нюха и слуха больше прока, чем в небольшом зале, наполненном резким запахом перегара, сладковатым флером духов, пьяным смехом, глупым хихиканьем и развеселой музыкой. Слуги бесшумно и почти незаметно сновали по помещению, обнося гостей вином и закуской, музыканты терпеливо играли в отведенном для них углу. Время давно перевалило за полночь, однако никто явно не собирался завершать мальчишник по случаю уже сегодняшней женитьбы лорда Доруса.

Осушив кубок до дна, виновник торжества снова покачнулся, икнул и рухнул в своё кресло, стоящее во главе стола. Сидящая на подлокотнике девица склонилась к мужчине и приглушенно заворковала. Я вздохнула и отвернулась. Ничего не поделаешь, периодически попадаются и такие вот... задания.

Я обошла зал по периметру, стараясь не приближаться к гостям лорда - парочке его советников (зачем лорду средней руки советники, выяснить не удалось) и около дюжины друзей-приятелей и кузенов различной степени юродности. Примут ненароком за распутницу, доказывай потом, почему это ты глаз "клиенту" подбила, а не скоренько заскочила к нему на колени.

В целом, мальчишник проходил в нормальном режиме, если не считать ожидающегося через несколько часов похмелья. Интересно, как после этой гулянки Джор Дорус собирается вести невесту к алтарю? Впрочем, относительно их брака романтических иллюзий никто не питал. С год назад лорд обнаружил, что в казне начало просвечивать дно, и для поправки оскудевшего состояния решил срочно жениться. Богатеньких вдовушек и родителей "золотых" титулованных наследниц кандидатура полноватого, лысеющего кутилы на роль жениха не слишком впечатлила, и Джор живо поумерил аппетит. На счастье приунывшего было Доруса, вскоре ему подвернулся торговец, обладатель солидных капиталов и великовозрастной дочки на выданье. Ушлый папаша был не прочь увидеть дочь в статусе леди, предварительно приложив к дитяти основательное приданое, а Джора не волновали происхождение, возраст и внешность потенциальной жены. В общем, мужчины ударили по рукам, девушку быстренько отправили к жениху и принялись готовиться к свадьбе. По слухам, невеста при виде будущего супруга восторга не испытала и даже умоляла отца расторгнуть соглашение, но тот остался непреклонен. Приехав в замок Доруса, девушка вроде бы смирилась со своей участью, только большую часть времени проводила у себя в покоях, почти ни с кем не разговаривая, кроме служанок. Именно местная прислуга поведала нам, что у госпожи горе - по дороге в замок её любимая горничная утонула в реке. Пошли, дескать, вдвоём купаться, а вернулась одна госпожа в истерике и слезах. Задерживаться торговец не хотел, так что тело несчастной не искали, списав гибель на течение и омуты. Дочери же отец велел не распускать нюни и не дайте боги отменить свадьбу! Поэтому девушка скорбела в одиночестве, вызывая сочувствие у всего здешнего трудового коллектива. Ещё бы - госпожа, без пяти минут аристократка, а так убивается из-за простой горничной. Даже сегодня, имея полное право устроить не менее развеселый девичник с мужским стриптизом, невеста сидела в своей комнате в противоположном крыле замка, не показываясь никому на глаза. Едва ли её волновали оргии жениха.

У приоткрытых дверей я остановилась, ещё раз осмотрела зал. Вроде всё в порядке... Взгляд зацепился за Джора, наполовину утонувшего в кресле, наполовину прикрытого точеной фигурой девицы. Судя по шарящим по практически обнаженной женской спине полным рукам, последний тост Доруса не добил. Вот что значит многолетние тренировки!

Хмыкнув, я выскользнула в коридор. Прикрыла дверь, свернула за угол, в соседний, освещенный редко стоящими вдоль стен канделябрами. Шум и музыка стали тише, да и воздух тут был посвежее, без раздражающих примесей. Я выбрала из вороха амулетов на шее хрустальную каплевидную подвеску, сжала в ладони и закрыла глаза, сосредотачиваясь на мысленном образе коллеги.