В мае 1933 г. на фоне бурного роста национализма и милитаризма Япония нарушила границы Китая. Следуя тезисам Танаки, Япония требовала, чтобы Китай отказался от зарубежных военных советников (кроме японских), запретил антияпонские выступления, пребывание на китайской территории иностранных военных частей (кроме японских). Положение в Китае усложнялось тем, что здесь шла вооруженная борьба между более или менее либеральным, но не совсем неподкупным правительством Гоминьдана, несколькими отдельными генералами, осуществлявшими военную диктатуру в различных частях страны, и коммунистами, также создававшими свои вооруженные силы. Как уже упоминалось, краткое время коммунисты поддерживали гоминьдановское правительство Чан Кайши, но затем началось преследование коммунистов и наступление на контролировавшиеся ими районы в Южном Китае. Коммунисты во главе с политическим руководителем Мао Цзэдуном и военным руководителем Чжу Дэ впоследствии совершили так называемый Великий поход с юга Китая в более или менее изолированную местность на северо-западе собственно Китая, где создали замкнутый военизированный район господства коммунизма и где продержались до 1945 г. Некоторое время они пользовались помощью советских военных советников.

Несмотря на японские протесты, в Китае находилось немало иностранных военных. В 1937 г. японцы потопили американскую канонерку «Панай» на реке Янцзы, и американско-японские отношения стали быстро ухудшаться.

3 июля 1933 г. в Лондоне была подписана очередная конвенция при участии СССР, прибалтийских государств, Турции, Ирана (Персии) и Афганистана. На этот раз конвенция давала определение термину «агрессор». Тема конференции была не случайной: Гитлер не скрывал своего намерения следовать положениям, которые он изложил в 20-х годах в своей книге «Майн Кампф», когда сидел вместе со своим дружком Р. Гессом в кутузке за попытку путча в Мюнхене. Он утверждал, что границы 1914 и 1871 гг. неадекватны потребностям немецкого народа, так как не включают германоязычную Австрию и вообще стесняют расселение арийцев-германцев. Первой задачей Гитлер ставил уничтожение Польши как «сезонного государства». По утверждению Гитлера (впрочем, заимствованному у других немецких авторов), Германии не хватало «жизненного пространства» ( Lebensraum ), т. е. всех стран, где жили или могли жить когда-либо немцы. Сюда входили в первую очередь Австрия, затем Польша [216] , Прибалтика и Россия, где местные жители должны были либо быть вовсе вытеснены, либо играть роль батраков.

В июне 1934 г. произошел конфликт Гитлера с его помощником, командиром отрядов коричневорубашечников (СА) Рёмом. Рём настаивал на включении отрядов СА в состав армии, что вызвало негодование генералов, в чьей поддержке Гитлер тогда очень нуждался. Кроме того, Рём начал проявлять излишнюю самостоятельность. 30 июня по приказу Гитлера была организована резня коричневорубашечников, а заодно и других нежелательных для него лиц. Постепенно отряды СА (за небольшим исключением) были заменены чернорубашечниками СС (с подчинением Гиммлеру, главе созданной Гитлером тайной полиции, гестапо) [217] .

В августе 1934 г. был проведен плебисцит, давший нацистам 88% голосов. Гитлеровская партия усердно начала создавать «образ врага»; в качестве «врага» были избраны евреи [218] . С 1 апреля 1933 г. отряды СА организовали бойкот еврейских лавок и магазинов, 7 апреля неарийцам (евреям) было запрещено занимать государственные должности; в дальнейшем запрет был распространен на занятие всякой научной, культурной, врачебной и преподавательской деятельностью, причем неарийцем признавался всякий, кто имел хотя бы одного деда или бабку из евреев. Еврейским художникам, артистам и музыкантам было запрещено появляться перед арийской аудиторией; евреям было также запрещено заниматься журналистикой.

По нюрнбергским расовым законам, принятым 15 сентября — 14 ноября 1935 г., гражданином «рейха» («империи», как теперь называлось германское государство) признавался только тот, кто «германской или родственной крови и кто своим поведением доказывает, что он и желает и способен верно служить германскому народу и рейху»; еврей не мог быть гражданином рейха и иметь право голоса. Не только браки между арийцами и евреями, но даже внебрачные отношения между ними запрещались, и виновные подлежали уголовному наказанию. Евреям запрещалось держать в услужении «лиц женского пола германской или родственной крови возрастом моложе 45 лет» [219] . В паспортах евреев ставился специальный штамп; все евреи, носившие не характерно еврейские имена, обязаны были сменить их на еврейские.

В ноябре 1938 г. нацисты организовали систематические погромы еврейских квартир и магазинов, домов для престарелых и детских приютов. Десятки тысяч евреев были брошены в концентрационные лагеря; сжигались синагоги, осквернялись священные книги евреев. Декретами от 12 и 23 ноября 1938 г. евреи полностью исключались из германской экономической жизни и на них был наложен коллективный штраф в 1 млрд. марок.

Начиная с 1941 г. нацисты приступили к «окончательному решению», т. е. к полному физическому уничтожению (путем сожжения в специально сконструированных печах) всех евреев вообще. Фактически до конца войны было уничтожено около 85% евреев на доступной гитлеровцам территории. Заметим, что многие христианские организации пытались противостоять антисемитизму.

Между тем в СССР происходили не менее, если не более кровавые события. Аресты и расстрелы политически нежелательных лиц происходили в СССР все время, как бы ни называлась его тайная полиция (ЧК, ВЧК, ГПУ, ОГПУ, НКВД); заключенных использовали на великих стройках пятилеток. Но с конца 1936 г. по специальному указанию Сталина была развернута гигантская кампания по аресту и уничтожению людей («врагов народа») в масштабе всей страны. Уничтожались старые партийцы-рабочие, все, кто когда-либо голосовал за соперников Сталина, дети дворян и офицеров, в большом числе интеллигенция и просто люди, не поддающиеся унификации. В 1991 г. в одной из газет были опубликованы воспоминания палача, бравшего на воспитание некоторых детей, оставшихся без родителей по его вине. По его словам, только он один (не считая остальной «бригады») расстреливал в затылок до 50 человек за ночь, что было настолько утомительно, что специальный врач должен был делать ему периодически массаж руки. Бедный Гиппократ!

Чем больше Сталин проливал крови, тем более он боялся: ненависти к себе [220] . Наконец, в конце 30-х годов он провел едва ли не самую безумную свою акцию, расстреляв около 80% маршалов, генералов и старших офицеров Красной армии и флота. Он надеялся, что Гитлер расправится с Францией и Англией, а за это время он успеет создать новый, более преданный (как ему казалось) офицерский корпус. Такие понятия, как квалификация и талант, для Сталина не существовали. Он считал, что люди — «винтики» и взаимозаменяемы, что стоит под страхом смерти передоверить какой-либо пост любому новому человеку, и он будет выполнять те же обязанности — «нет незаменимых людей», утверждал он. В результате в начале войны, получив соответственное воинское звание, во главе, скажем, разведывательных органов фронтов и армий могли стоять бывшие ротные и батальонные-командиры пограничных войск НКВД, а полевыми частями и подразделениями нередко командовали повышенные в звании сержанты. По той же причине в боевых порядках армии почти не было новейших танков, она не была обеспечена новейшими самолетами — все это находилось в глубоком тылу на стадии испытаний, причем важнейшие авиастроители находились под арестом. А изобретатель ракетной артиллерии, так называемых «катюш», сыгравших впоследствии большую роль в войне, был расстрелян в числе многих других военных специалистов.