Шрифт:
– Три - один. Убери ствол.
– Я встала, закрыв собой Фархата. Тот выругался, и попытался меня оттолкнуть. Я легко увернулась, шагнув вперед.
– Какой кретин дал ей оружие?
– Само приползло, - весело ответила я, снимая пистолет с предохранителя.
– Отбой скомандуй, дядя. Мозги вышибу.
– Дядька сверлил меня взглядом и тоже снял с предохранителя пистолет. Я улыбнулась, и прикусила дуло губами. Боже, какая скука, на всех мужиков этот жест действует одинаково - вон, даже Аслан поплыл. Коротко, без размаха бью коленом по яйцам. Аслан быстро отбирает у него пистолет. Хорошо, что все пригнулись. В двери заскочили трое мужиков. Я - гуманная. Я стреляла по коленкам. Вопли, маты, иностранная брань. Патроны кончились. Кто-то опрокинул меня на пол за стол. Как говорил незабвенный Саид - стреляли.
– Какого черта?!
– возмутилась я.
– Самое интересное пропущу!
– Психопатка, - прошипел Фархат, вжимая меня в пол своим телом. Я поерзала и раздвинула бедра, прижимаясь ближе.
– Ты ненормальная.
– Ага, - выдохнула я ему в губы. Вокруг нас валялось всякое барахло со стола - канцелярские ножи, бумаги, пресс-папье.
– Пусти.
– Фархат чертыхнулся и скатился с меня. Я вытащила испод себя какую-то шкатулку, вручила ее Фархату. Нас поднимали с пола, отряхивали, что-то говорили. Боевиков уже упаковали и уволокли куда-то. Фархат тихим леденящим шепотом что-то выговаривал своим. Я зевнула, подобрала свой ствол, положила на полочку, поймала взгляд Аслана, губами сказал спасибо. Он прикрыл веки. Я тихо вышла и пошла к себе. Вот толку, что мылась, спрашивается?!
Из душа меня вытащил Фархат. Швырнул мне полотенце, отворачиваясь. Я невозмутимо вытиралась. Прошла мимо него, подхватывая пижаму. Оделась, села в кресло, вопросительно уставилась на Фархата. По его лицу гуляли желваки. Он навис надо мной, и тихо спросил:
– Ты вообще, вменяемая?
– Нет, - зевнула я.
– Хочешь поговорить об этом?
– Ты соображаешь, что тебя могли убить?
– На то и расчет был, - я принялась разбирать волосы.
– Жить надоело?
– кажется, это крайняя степень бешенства.
– Да, - честно ответила я.
– Что?!
– Жить мне надоело. И не хочется. Самоубийство - страшный грех. В ад мне нельзя. Так что....
– Ты чертова психопатка!
– А ты повторяешься, - скучно ответила я.
– Выдумала себе какой-то бред, и гонишь!
– Да что ты вообще обо мне знаешь?!
– прошипела я.
– Я три года в догонялки со смертью играю. Эта старая сука забирает кого угодно, но не меня, - наверное, у меня было выразительное лицо, потому что Фархат отпрянул, растеряно меня рассматривая.
– Дура. Тебе родить надо, чтобы дурь эта из башки выветрилась.
– Убежденно сказал Фархат. Я страшно улыбнулась.
– Нет, спасибо. Больше я рожать не буду.
– Больше?
– У меня был ребенок. Он умер, успев только родиться. Муж задохнулся от угарного газа за день до этого. Лучший друг разбился, когда ехал ко мне в больницу. Теперь скажи, зачем я тут осталась одна?
– этот вопрос я задавала себе каждый день, и связного ответа дать не могла.
– Соболезную, - тихо сказал Фархат.
– Спасибо, - сухо сказал я.
– Но от этого ничего не меняется. Жить не зачем и не для кого. Поэтому не мешай мне. Пожалуйста.
– У тебя есть брат, скоро будет племянник....
– Я ИМ ЗАЧЕМ?
– Прекрати. Время все лечит.
– Прошло пять лет, а легче что-то не стало, - скривилась я, встала, пошла мимо него. Он поймал меня за руку, притянул к себе, прижал. Я устало посмотрела на него.
– Ты поставила перед собой неправильную цель.
– Думаешь?
– Угу. Ты решила умереть. А надо было решить жить.
– Я разучилась без них.
– Значит, нужен кто-то, с кем ты это вспомнишь.
– Найди такого же психопата, я на него посмотрю, - хмыкнула я.
Вот заметила - когда мужику сказать нечего, он сразу начинает действовать. Шершавые ладони легко сжали мою шею, откидывая голову назад.
– Ты меня с ума сведешь, - сердито сказал он и поцеловал меня. Я легко откликнулась, перехватывая инициативу, почти кожей чувствуя его растерянность. Потянула его в сторону кровати, вытягивая из штанов водолазку, с удовольствием гладя гладкую горячую кожу. Такой чувствительный.... Он на секунду оторвался от моих губ, сдергивая кофту, легко опрокинул меня на кровать, прижимаясь всем телом. И резко отпрянул, почти спрыгивая с кровати. Я тяжело вздохнула и обхватила себя за голые плечи.