* * *

Прошло время ...

0x01 graphic

К проходной завода военного назначения, числящегося как "Почтовый ящик N 693", подъезжает новенький чёрный эМКа (Советский автомобиль М-1). Охранник-солдат, вооружённый по случаю военного времени винтовкой, подходит к машине со стороны водителя, держащего в протянутой руке удостоверение. Охранник читает и многозначительно произносит:

– Ага, всё ясно, - и бежит открывать шлагбаум.

Пассажирам в машине он отдаёт честь.

К нему подходит напарник, сидевший в засаде на подстраховке.

– Пантелеич, ты сдурел? В авто шесть человек сидело. Надо было у всех документы проверить, а то, как бы чего не вышло!

– Ага, проверил один такой, потом в канаве оказался. Ты знаешь, кто это?- хмыкает Пантелеич.

– Нет, а кто?

– НКВД! Наверняка за нашим директором приехали. Видать конец ему пришёл.

– Давно пора, - отвечает охранник и уходит в засаду.

– Итить, его мать, - непонятно в чей адрес ругается Пантелеич.

0x01 graphic

Простов Прокопий Петрович директорствует на "Почтовом ящике N 396" с первого дня его создания. Собственно говоря, завод построен благодаря его неуёмной энергии и инициативе. Для своего детища он делает всё, что только в его силах. Он неустанно заботится о производстве, о перевыполнении плана, за что ценим начальством. При этом он не забывает интересы своих работников, за что ими любим и уважаем.

0x01 graphic

Казалось, Прокопий Петрович мог бы быть совершенно спокоен за своё будущее. Однако, он слишком хорошо знал людей и потому каждый день, подспудно, ждал неприятностей.

Вот почему его не слишком удивило, что в его кабинет нежданно-негаданно нагрянули шесть военных с пистолетами в руках, пятеро из которых расположились по углам его просторного кабинета, а шестой, с портфелем, видимо, старший, по-хозяйски расположился на стуле напротив него и с ходу начал разговор.

– Вижу, не удивлён?
– говорит старший, небрежно улыбаясь.
– Любопытно знать - почему? Грешок за собой, что ли, чуешь?

– У того нет грешка, кто ничего не делает, - отвечает Прокопий Петрович.

– Это точно.

– Чем обязан?

Военный достаёт из портфеля бумагу.

– Ознакомьтесь.

Прокопий Петрович берёт бумагу и внимательно её читает.

– Ну и что?
– говорит он, возвращая документ обратно.
– Из текста прямо не следует, что причиной катастрофы боевого самолёта, является бракованная деталь нашего завода.

– Умница. Прямо не следует, - соглашается военный.
– Но, понимаешь, какая штука: нам "прямо" и не надо. Время военное, нам достаточно и "косвенно". Улавливаешь мысль, товарищ директор?

– Не совсем.

– Прокопий Петрович, мне приказано найти виновника гибели самолёта, и будьте уверены, я его найду.

– Не сомневаюсь.

– Короче, даю тебе время до утра завтрашнего дня - найти и сдать нам вредителя, затесавшегося в твой коллектив, либо...

– Либо?

– Либо сам ответишь по законам военного времени.

– Понятно, - говорит Прокопий Петрович.
– Спасибо.

– Спасибо в карман не положишь, - говорит военный и кивает головой за спину директору, где на стене висел сейф.

– Там ничего интересного нет: только бумаги и мои личные деньги, - говорит директор. Выкладывая на стол ключи от сейфа.

– Нам твои бумаги, как собаке пятая нога.

Уходя, мужчина в штатском многозначительно улыбается директору и говорит:

– Значит, до завтра. Часикам к десяти подкатим. Успеете решить вопрос?

– Решу, - устало отвечает Прокопий Петрович.

0x01 graphic

В кабинет Прокопия Петровича входит травильщица Самоверова. Она беспрерывно вытирает взмокшие от волнения ладони брезентовым фартуком, проеденный местами серной кислотой до дыр.

– Звали, Про ...Пе...?
– говорит она с порога, забыв имя-отчество Прокопия Петровича.

– Звал, - отвечает директор.
– Ты подходи ближе, садись, не бойся.

Варвара Ивановна, впервые оказавшаяся в кабинете высокого начальника, волнуется. Она неловко садится. И смотрит испуганно, смешно вытянув шею.

– Как дела?
– считает необходимым спросить директор.

– Спасибочки вам, работаем, стараемся, - отвечает работница.

– Стараемся, да, видно не очень. Вот, есть информация, что в начале месяца вы допустили передержку на целых десять минут в серной кислоте партии корпусов бензонасоса?

– Чего? Каких корпусов?

– Каких надо, - нервничает Прокопий Петрович.- Факт передержки был или не был?

– Не знаю, не могу сказать.

Прокопий Петрович видит на лице женщины страх, и смягчается:

– Вы не волнуйтесь, Варвара Ивановна. Берегите сердце. Установлено, что ошибку допустил твой сын. Он у тебя работает?

– Ну, да. Но Ваня очень старательный мальчик. Делает всё, как я скажу. Конечно, молодой ещё, ему тяжело.

– Да уж, будь проклята эта война - мы вынуждены брать на работу детей. У тебя муж на фронте?