Вернулся он не очень скоро. Швырнул пачку денег на столик.

– Заложил. Жалко стало продавать. Совсем небольшая разница. А вдруг еще выручу. Что там у тебя?

– Мало что интересного, – вздохнула Женевьева.

– Один билет у нас уже в кармане! – улыбнулся Барт. – Не может быть, чтобы нам не повезло. Давай вместе посмотрим.

Но даже Бартоломью с его фантазией не смог сообразить, как выжать необходимые им деньги за разовую работу.

– Ничего, – сказал он, – я что-нибудь придумаю.

– Уже поздно.

– Значит – утром. Давай спать.

Женин решила, что лучше и правда раньше лечь, чем стараться не вспоминать об ужине.

Барт полежал немного, вскочил и принялся перепаковывать все из рюкзака в чемоданы.

Женин повернула к нему голову.

– Ты что?

– Не могу… – признался он. – Ты спи, спи. А у меня меньше вещей будет на таможне. Точно тебе говорю – завтра улетим!

Говорил Барт спокойно, а у самого уверенности не было. С отчаянием он запихивал черепки вперемешку с одеждой в один чемодан. Остатки вещей и рисунки в другой. Часть рисунков не поместилась. Барт сунул их в пустой теперь рюкзак и швырнул его на пол. Сел на кровать и обхватил голову руками. Ну, думай, какой быстрый способ из известных может сработать в этой стране! Встал и подошел к окну, засмотрелся на освещенные витрины напротив.

Женин заворочалась и открыла глаза. На фоне окна маячил силуэт Барта. Она опять уснула.

Бартоломью решился. Стараясь не шуметь, достал все их деньги, замер, взвешивая пачку на ладони, бросил взгляд в сторону спящей Женин и вышел на цыпочках.

Портье дремал. Звуки шагов его потревожили, он встрепенулся и подскочил за стойкой, вопросительно глядя на Барта. Бартоломью демонстративно зевнул и поиграл пачкой денег.

– Чика? – угодливо предложил портье девушку по вызову.

Барт выразительно посмотрел в сторону номера, где осталась Женни, и отрицательно покачал головой.

– Каса дэ хуэго? – перешел портье на шепот.

Барт пожал плечами, но в азартных играх выразил некоторую заинтересованность.

– Покер, покер! – портье показал ему большой палец, выбрался из-за стойки и дружески похлопал Барта по плечу.

«Похоже, то что надо», – оценил Барт заведение без вывески, куда привел его портье. Тот пожал кому-то руки, представил Барта, еще раз жестом подтвердил, что место отличное и испарился. С Бартом заговорили на ломаном английском и усадили за стол, где уже играло четверо.

– Выпивка за счет заведения, – кто-то протянул ему стакан.

– Отлично! – деланно-простодушно улыбнулся Барт.

Он потихоньку выигрывал. Остальные цокали языками: «Гринго просто везет». Подкалывали одного из игроков: «Что, Мигель, попался гринго, который играет лучше тебя?»

Часа через полтора Барт удвоил свои деньги и начал обдумывать, как бы уйти.

Мигель злился, пил, проигрывал, все над ним посмеивались и подбадривали Бартоломью.

– Давай без лимита, гринго! – предложил Мигель.

Барт отказался и поднялся, позевывая.

– Э, нет. Это не по-мужски. У нас так не положено, – зашумели игроки.

Их поддержали непонятно откуда взявшиеся зрители. Окружили плотным кольцом. Не вырвешься!

– Без лимита и один на один, как мужчина с мужчиной! – стукнул по столу Мигель.

– Не связывайся один на один, гринго хорошо играет, – кричали ему вокруг, вроде как подначивая.

– Все твои деньги. Я ставлю столько же, – вошел в раж казавшийся подвыпившим Мигель.

Барт жестом попросил принести спиртное, привстал, отпивая, и покосился на дверь. Покачался пьяно, тем временем продумывая варианты отступления. Ему пришла в голову идея.

– Ноу лимит! – азартно предложил он. – И удваиваю сумму!

Болельщики восторженно зашумели. Мигель поколебался, но достал деньги. Барт полез в карман.

– Эх, деньги остались в гостинице. Сейчас принесу.

Уйти ему не дали. Обступили, плеснули еще из бутылки в стакан и предложили просто позвонить портье. Пусть он принесет.

– А! – пригрозил им пальцем Барт. – Нет. Лучше моя чика привезет!

Женин проснулась от настойчивого стука в дверь. Обнаружила, что Барта в номере нет, и в большом недоумении пошла за портье к телефону. Взяла трубку и услышала веселую скороговорку Бартоломью.

– Привет, солнышко. Знаешь, мой рюкзак? Привези мне его. Он на полу под кроватью. Возьми такси и быстро привези мне. Портье объяснит куда ехать. Привезешь? Да? Целую.

Женни не успела ничего спросить, Барт положил трубку.

Вот он, рюкзак. Только не под кроватью, а рядом с кроватью. С чего это Бартоломью так весел и почему так странно с ней разговаривал? И где он вообще? Наверное, ехать не близко, раз велел взять такси. Где же деньги, чтобы расплатиться за такси? Может, он намекал, что деньги под кроватью? Женевьева не нашла ничего и под кроватью, но удивиться, зачем Барт забрал все деньги, не успела. Нетерпеливо посигналила подъехавшая машина. Женин подхватила рюкзак и побежала на улицу.

Дорога петляла, однако место оказалось не так далеко, как ожидала Женин. Темнота кромешная, никаких фонарей, вывеска если есть, то не освещена. Женин порадовалась, что она не одна, а на такси. А может, портье дал неверный адрес? Она поколебалась и шагнула из машины в ночь. Водитель проворчал ей вслед, что пусть не надеется исчезнуть, не заплатив.

Женин открыла дверь и закашлялась, так накурено было в помещении. Несколько секунд она вглядывалась в мужские лица. Сквозняк захлопнул за нею дверь. Женин машинально сделала пару шагов вперед, испуганно прижимая рюкзак к груди.

– А вот и моя чика! – услышала она голос Барта, повернула голову и обомлела. Он держал в руке стакан! Наверное, не первый и явно не с соком! Карты! Он играет! Он снова играет! Ой! Она читала про игроков. Это пристрастие. Они не могут остановиться. Он проиграл их деньги, их шанс улететь домой. Да как он смеет!

– Вот она, моя сладенькая девочка! Лучше нет в целом мире! А какие ножки! Какие стройненькие ножки!

Что за чушь несет этот наглец? Да он пьян! Пьян!

Женни разъяренной тигрицей подскочила к Барту и закричала:

– Как ты смеешь! Ты опять напился! Ты опять играешь!

Барт улыбнулся доброй хмельной улыбкой и забрал у нее рюкзак со словами:

– Куколка моя, ну мне же надо расслабиться!

Покачнулся и заорал:

– Я могу расслабиться на свои кровно заработанные деньги или как?!

У Женни хлынули слезы из глаз:

– Ты опять проиграешься!

Барт, поставивший было рюкзак на пол и наклонившийся развязать тесемки, оставил это занятие, выпрямился, схватил со стола деньги и сунул их Женни в руки:

– А это что? Да мне карта сегодня идет! Смотри, я выиграл! И еще выиграю! А ты?! Чего ты каркаешь?

Женни опустила голову и зарыдала от безысходности.

– Ш-ш! – пьяно попытался успокоить ее Барт, он хотел ее обнять, но Женни увернулась.

– Все-все. Ну, кончай реветь. Пойдем, я посажу тебя в такси, да, куколка? Послушная девочка поедет в гостиницу и подождет, да?

Барт повернулся, ногой задвинул рюкзак под стол, громким шепотом объявил:

– Я сейчас! Одну минуту!

И повел Женни к выходу под еле сдерживаемые смешки зрителей этого спектакля.

– Бартоломью, как ты можешь! – начала было Женни за дверью.

Она просто кипела от гнева.

– Потом. Быстрее в машину, – подтолкнул ее Барт. – Скажи шоферу, чтобы ехал обратно и поторопился.

Он заскочил в машину вслед за Женевьевой, хлопнул дверцей. Догадливый водитель тут же рванул с места без всяких слов.

Барт дрожал как при ознобе, глаза блестели.

– Я сейчас выйду, а вы объезжайте вокруг. Наше окно… – Бартоломью загнул пальцы, высчитывая. – Пятое или шестое от угла.

Он взял Женевьеву за сжатые кулаки и потряс их.

– Если что – действуй по обстоятельствам!

Сверкнул глазами и выскочил из притормозившего такси.

«Если “что” что? Что все это значит?» Женни разжала ладони и обнаружила, что держит деньги. Много денег. Она сунула их в карман и скомандовала шоферу объехать здание. В их окне зажегся свет. Потом погас. Женни стало страшно. «Что такого натворил Барт?» Окно открылось.