Возвращаясь с тремя бокалами, он видел, как Тамара что-то доказывает Марье, эмоционально жестикулируя, и не мог не восхищаться, насколько та выглядит спокойной, выслушивая подругу. Она просто улыбалась и временами кивала головой.

— Предлагаю выпить за то, чтобы встречаться чаще! — подняла Тамара свой бокал. — А то друзья называются. Одну вижу раз в три месяца, другого чуть-чуть чаще, но тоже время от времени.

— За сказанное! — протянул Иван свой бокал.

Марья молча чокнулась и пригубила шампанское, опять гипнотизируя его своими губами. Он не мог оторвать от них взгляда, так и тянуло прикоснуться к ним, ощутить их вкус с примесью шампанского.

Заиграла лирическая мелодия, несколько пар закружились в танце.

— Потанцуем? — предложил Иван.

— Да, идите. А бокалы давайте мне, — подхватила Тамара, не стесняясь в этот момент выглядеть свахой. Она сгребла в охапку три бокала. — Я вас буду ждать у окна.

Не выглядела Марья равнодушной, как не пытался уверить себя Иван. Он ощущал ее трепет, как она доверчиво прильнула к нему во время танца. Он не мог позволить себе ничего под пристальным взглядом Тамары и в окружении такого количества людей. Но запретить себе чувствовать не мог. Больше всего ему хотелось остаться с ней наедине, чтобы та волшебная ночь повторилась, но он боялся даже предложить поехать к нему. Он понимал, что Марья — хрупкая внутри, что спугнуть ее раз плюнуть, и готов был терпеть и добиваться ее честным путем. Одну вещь он не удержался и позволил себе — поцеловать ее в макушку, когда Тамара отвлеклась на свой бокал с шампанским. Марья вздрогнула, он это отчетливо ощутил, но никак не отреагировала больше.

Выходные пролетели быстро. Всю субботу Тома нет-нет да принималась расписывать достоинства Ивана. Она предлагала организовать совместный поход куда-нибудь вчетвером. Четвертым планировался ее муж. И не понимала, почему Маша категорически отказывается.

— Неужели он тебе даже чуточку не понравился? — спросила она в какой-то момент, когда столкнулась с очередным сопротивлением.

— Понравился, — не стала скрывать Маша.

— Тогда, в чем дело? Почему ты отказываешься встретиться с ним еще раз?

— Том, ну а ты сама не понимаешь?

— Что я должна понимать?

— Ну, ты думаешь это приятно, когда тебя пытаются свести с кем-то? Я же чувствую себя ущербной, неужели ты не замечаешь? — Хотелось заплакать от жалости к себе и от так не вовремя нахлынувшего одиночества. — Нельзя так. Нельзя захотеть, чтобы кто-то был вместе, только потому, что и он и она одиноки. Этого не достаточно. Ты не можешь решать за меня, кто мне пара, а кто нет. Я так не хочу и не буду!

— Чего же ты хочешь? — насупилась Тома, но, кажется, поняла, о чем пыталась сказать ей Маша.

— Я хочу, чтобы меня любили. Хочу чувствовать эту любовь. Хочу знать, что ради меня кто-то готов пожертвовать своими интересами. — Последнее она произнесла совсем тихо, потому что и сама не верила в такую возможность.

— Все-таки гад твой Сереженька! — зло произнесла Тома. — Такую девчонку испортил! — У нее даже слезы выступили на глазах, за что Маша была ей почти благодарна.

Она понимала, что подруга искренне переживает за нее, и все попытки свести ее с кем-то делаются во благо. Наверное, поэтому она и не сердилась на Тому всерьез. Но еще ей важно было доказать, что такой путь она считает недостойным, что гордость ее сильно страдает. Несмотря на неудачную попытку с Сергеем, она помнила, как любила его сначала. Разрыв не отравил ей жизнь до такой степени, чтобы она перестала мечтать о любви. Можно даже сказать, хотела она ее сильнее прежнего, особенно после знакомства с Иваном. Маша даже самой себе боялась признаться, насколько он ей понравился.

Уехала она от Томы в воскресенье утром, чтобы успеть еще убраться в доме и подготовиться к работе. Почему-то ждала, что Иван позвонит в субботу и пригласит ее куда-нибудь, но этого не случилось. Пыталась бороться с разочарованием и не могла. Чувствовала, как стремительно портится настроение, как хочется спрятаться от всего мира.

Каково же было ее удивление, когда возле дома она увидела незнакомый джип, а потом заметила Ивана с Лордом, прогуливающихся рядом.

— Мы решили сделать вылазку на природу и подумали, может, ты к нам присоединишься?