– А я б женился, - выдал Тарзюша и соблазнительно улыбнулся, поигрывая глазками.
– Но так как ваша дочь умирала, пришлось решать быстро... На одной чаше весов женитьба на вашей дочери, на второй её жизнь. Я колебался, кто бы знал, как долго я колебался, - актёришка недоделанный закатывал глаза и ломал комедию, и желание его придушить становилось просто невыносимым.
– Но выбрал жизнь вашей дочери.

– Умирала?
– из всего этого словесного потока отец вычленил главное и я мысленно застонала, начиная уже ненавидеть это фиолетовоглазое чудо.
– Оля?
– переключил внимание на меня, сверля взглядом.

– Давайте присядем. Разговор будет долгим. Тарзан, чай!
– не попросила, приказала, будучи зла на словоохотливого сторожа.

– Я тебя здесь одну не оставлю!
– заявил отец, обведя нас всех грозным взглядом.
– Ты у меня единственная дочь!

– Папа, остынь, - вздохнула обречённо, понимая, что отца теперь придётся уламывать долго, очень долго.

И не мог Тарзан промолчать об обстоятельствах нашего с ним братания? Насколько легче мне сейчас бы было. Но что поделаешь, если я пригрела на груди бяку? Надо у той бяки поинтересоваться, а нет ли возможности разорвать контракт. Путь идёт на все четыре стороны. Что-то убытку от этой бяки становится чем дальше, тем больше. Правда и польза имеется, этого у Тарзюши не отнять.

– Рассказывай!
– бросил отец, глядя на меня волком.

Дело плохо, раз так грозно смотрит. Допекли мы его, совсем. Осторожно подбирая слова начала повествование о своей вылазке в дикий мир и знакомстве с его обитателями. Постаралась смягчить картину и не стала рассказывать про подробности своего лечения. Надеюсь и братцу хватит ума промолчать на эту тему. А если нет, то придётся подсказать где найти. И пусть ищет, долго и упорно, пока не найдёт. Хорошо, что Турлаиндэль пока не показывается. Если он начнёт устраивать вокруг меня пляски с бубном, и обзывать прекрасной розой, папа точно не переживёт такой наглости. И чем я думала, когда всё отцу рассказала? Пока это принесло мне больше проблем, чем реальной помощи. И поди ещё теперь мелкие нюансы всякие объясни, и докажи, что магазином можно заниматься без опасности для жизни.

Завершив повествование, замолчала, разглядывая чашку с чаем, который Тарзан заварил в рекордные сроки и разлил по чашкам, что притащил с кухни. И даже какие-то печеньки на тарелку положил и перед нами поставил. Заседали мы у прилавка. Я с внутренней стороны, отец с дядей Андреем с наружной.

– Знаешь, Оль, - осторожно начал Палыч.
– Все эти истории звучат невероятно. А доказательств пока нет. Магазин как магазин. Сколько их в России торгующих всякой спиритической дребеденью? Ты уверенна, что...

– Здорова?
– завершила за него, когда он запнулся.
– Я уже ни в чём не уверена. Хотите доказательств, будут.

И не придумала ничего лучше, чем перенести нас в тот мир, который таких уж сильных опасений не вызывал. В тот самый, где за дверью тусовалась пятёрка эльфов. Вроде культурный контакт у нас с ними налажен. Не станут ломиться и сразу требовать денег. Можно и показать родителю иномирскую экзотику. В этот раз обратила более пристальное внимание, наконец, на то, что вместе со сменой мира изменился и ассортимент волшебных штучек, на полках. И сам антураж магазина, он стал не таким земным, современным. Изменилось мало, цвет дверей, полов, полок остался таким же, как и прежде, размеры лавки тоже. А вот дух, атмосфера, стали неуловимо иными. Повеяло запахом леса... И как раньше мне всё это в глаза не бросилось? Слишком яркими были впечатления от встречи с эльфами? Потому и не заметила?

Встала со стула, проскользнула под прилавком и направилась к двери. Что-то там меня ждёт? Распахнула рывком дверку и почувствовала, как в груди затрепыхалось сердце, а ноги отказались меня держать. Прямо мне в живот было направлено пять блестящих на солнце клинков, а глаза эльфов снова были сплошь зелёными, без белков.

– Мы не боимся тебя, ведьма!
– воскликнул один из эльфов и потряс зажатым в пальцах колокольчиком.
– У нас есть амулет! Твои чары больше на нас не действуют!

– Тарзан, может помоешься?
– не своим голосом спросила у братца и крепче ухватилась за ручку двери, надеясь, что это поможет мне не упасть.
– Чтобы уж наверняка проверить?

– Молодые люди, что происходит?
– наистрожайшим из возможных тоном обратился мой отец к господам эльфам.

Этот самый тон он использовал в воспитательных целях только тогда, когда я сильно-сильно косячила. Например, когда уехала с бывшим парнем на пару дней из города, и забыла родителям сообщить, где меня искать. Когда явилась -- семнадцать лет не тот возраст, когда удаётся осознать сразу, что ты в такой ситуации не прав -- получила очень серьёзную отповедь и домашний арест на месяц. Тогда отец запретил мне даже имя Лёшки в его присутствии упоминать, не то что звонить ему или встречаться.

Но сейчас, меня этот тон испугал совсем по другому поводу. Не хотелось, чтобы отец пострадал в разборках с эльфами.

– Это они так шутят, - попыталась бодро улыбнуться.
– Правда, мальчики? Или вы девочки?
– а ведь и правда, по лицам так сразу и не скажешь, мужики или не мужики.

Лица гладкие, смазливые, одежды многослойные, под ними мало что разберёшь, волосы длинные. На мою неумную шутку один из эльфов отреагировал неуверенной улыбкой и меч в его руке дрогнул, колокольчик, который у него тоже имелся, звякнул, но эльфик улыбаться не перестал. Сплошная пугающая зелень в глазах боевой пятёрки растворялась и мечи стали опускаться один за другим. В этот самый момент ноги мне отказали и я сползла по скрипнувшей под моим весом двери вниз.