– О, мартини!
– видимо, я все же предался недопустимым мыслям, потому и не расслышал, как она подошла, ступая босиком по гладкому ворсу ковра. Под ее платьем ( вот только зачем ты его снова надела?) ничего не было, кончики волос слегка намокли, и она выглядела трогательно посвежевшей.

Кому я обещал держать себя в руках? Чувак, ты в пролете. Поднявшись, я властно привлек ее к себе. Аромат мужского геля для душа на ее коже ударил в голову. Без своих высоких каблуков она едва доставала головой до моего подбородка. Я завладел ее податливыми губами, пытаясь ощутить их вкус и испить всю волю без остатка. Мои действия не встретили ни малейшего протеста с ее стороны. Ее руки немного неуверенно погладили в ответ мою шею, перебирая отросшие на затылке волосы, смягчая этой лаской всю дикость страсти, рвущей прутья клетки самоконтроля. Ее сердце колотилось чуть ниже моего собственного, вступая в первобытный резонанс.

Я зря переживал, что не смогу удержать себя в руках - сейчас мне была ненавистна даже сама мысль о том, что я хоть как-то смогу ее обидеть. Ее хотелось сжимать в объятиях до боли и защищать одновременно. Мои руки, словно в полусне, уже гладили ее обнаженные бедра, закатывая платье повыше - только жажда ее шикарного тела заставляла мой огонь гореть, не вырываясь и не угрожая сжечь мою сдержанность без остатка. Словно сквозь туман я различил ее слабый стон, подхватил на руки, и ее ноги в тот же момент обвились вокруг моей поясницы. Я даже сквозь джинсы ощутил жар ее плоти.

Глаза Юльки казались черными от неподдельного желания. Она выгнулась в моих руках, пытаясь поддеть непослушными пальцами пуговицы моей рубашки. Словно в трансе я опустил ее на кровать. Рубашка вместе с оборванными пуговицами отлетела в сторону. Юля едва не запуталась в своем платье хищной расцветки, я поспешно стащил его через ее голову, едва не разорвав при этом.

Я оказался прав. Она освободилась от нижнего белья еще в душе. В горле резко пересохло при виде ее маленькой, задорно торчащей груди идеальной каплевидной формы, гладкой кожи, абсолютно везде, в том числе и там. Она не смутилась под моим жадным взглядом, наверное, наша страсть сейчас была равносильна.

Это уже было выше моих сил. Сгорающая от ответного желания длинноногая брюнетка, полностью обнаженная в моей постели, с имитацией ошейника на тонкой шее. Я едва справился с застежкой брюк, заглушив ее возглас изумления сминающим поцелуем.

– Моя горячая девчонка... Ты теперь абсолютно моя... я хочу покрыть прцелуями каждый сантиметр твоей кожи. Каждый!

Я не понимал, что ей говорил. Слова были излишни, когда она, встретив мое вторжение, со стоном толкнула бедра навстречу. Такая горячая и восхитительно тугая...

Я брал ее без излишней нежности, все же сдерживая себя от грубого проникновения. Увидев всплеск недоуменного восторга в ее зеленых глазах, понял, что остановиться уже не могу...

... Эти отметины на моей спине будут гореть еще долго.

За все время я никому такого не позволял. Но с ней просто не смог иначе. Она отпустила весь свой самоконтроль на волю, даже не понимая, что именно подчинение освободило ее сущность. Подобная отзывчивость сегодня усыпила моего внутреннего зверя.

Все, что захочешь. Пока еще тебе это позволяется.

Наверное, я сказал это вслух. Но она меня не расслышала, подхваченная волной потрясающего оргазма. Еще... И еще... Ритмичные сокращения ее внутренних мышц не оставили мне шанса продержаться дольше. Отпустив клеммы контроля, я сдавил ее в объятиях, уже не удивляясь собственному крику.

...Она казалась неподвижной. Губы приоткрыты, в их уголках витает удовлетворенность. На миг мне стало не по себе.

– Девочка моя, тебе было хорошо?

Она приоткрыла глаза. Пляшущие в них черти едва не отправили меня в нокаут.

Вот развратная стерва. Ночь будет долгой. Сама напросилась...

Юля

Это безумие.

Это правильно и неправильно одновременно.

Вообще, это авантюра чистой воды, но...

Тупо. Избито. Но иначе не скажешь.

"Я летаю. Я в раю..." как-то так.

Я спокойно курила на огромной лоджии в его рубашке поверх абсолютно голого тела. Мыслей, не то что умных... Мне сейчас казалось, что их не было вообще.

В памяти неотвязно крутился вчерашний разговор с Леной (из Феодосии) по скайпу. Кому я еще могла пожаловаться на козла, скьюз май френч, который так и не перезвонил? Вот обещал, и не перезвонил!

"Почему он не звонит? Потому, что трансвестит... А почему тебе, красивой такой девушке, должен звонить трансвестит? Правильно, не должен!" Cosmopolitan верен себе и своему чувству юмора.

Ленка была уверена на все сто, что позвонит. "Тебе ли вестись на эту детскую политику воспитания?" - изумлялась она. Я ее, по ходу, поддостала своим нытьем. Ее колкая фраза о том, что я завтра буду в его постели еще просить пощады, завершила наш разговор. Леночка, у тебя дар предвидения. Твои прогнозы сбылись. Все, кроме одного. Пощады я не просила.