— Ничего не видно, — сказала она и снова повернулась к костру. В багровых отсветах пламени ей вдруг припомнилась убогая лачуга, непонятные кровоточащие ранки на шее зупанова сына. У Магьер заныло в висках. Ее беспокоил предстоящий разговор с Лисилом. Этот разговор Магьер откладывала уже месяц, всякий раз обещая себе подыскать для него более подходящее время. И все же накладки при выполнении последнего заказа дали ей повод задуматься: долго ли она еще все это выдержит. Такая жизнь ей изрядно надоела, да и Лисил становился все беспечнее. Еще немного — и срыва не миновать.

— Прежде чем ты напьешься вдрызг, нам надо поговорить, — негромко сказала она.

— Я никогда не напиваюсь вдрызг, а только в меру, — обидчиво возразил Лисил. И отхлебнул было изрядный глоток, но что-то в голосе Магьер вынудило его остановиться, опустить бурдюк. — А в чем дело-то?

Магьер запустила руку в свой мешок и извлекла на свет аккуратно сложенный, но все же измявшийся кусок пергамента.

— Есть в Белашкии один банк, куда я кладу деньги всякий раз, когда мы проходим через город. И там же я всякий раз получаю письма.

— Письма? — отупело переспросил Лисил. — Ты о чем?

Магьер протянула ему пергамент.

— Это от подрядчика.

Лисил машинально взял пергамент. Челюсть его отвисла от удивления.

— Ты что, вкладываешь деньги в недвижимость?

— Этот подрядчик подыскивал для меня таверну где-нибудь на побережье… и, похоже, нашел. — Магьер помолчала. — Я покупаю таверну в белашкийском городе Миишка.

Лисил непонимающе моргнул.

— Что-о? — переспросил он, явно не веря собственным ушам.

— Я не хотела говорить тебе об этом, пока не отыщется подходящее местечко. Знаешь, я ведь и не собиралась изображать охотницу до конца своих дней и к тому же я устала скитаться.

— И ты копила деньги на таверну? — Лисил ошеломленно покачал головой. — Вот бы не подумал! У меня-то всех накоплений — то, что есть в кошельке.

Магьер выразительно пожала плечами:

— Это потому, что ты вечно пропиваешь свою долю, а что не пропьешь — спустишь за карточным столом.

Лисил с шумом втянул воздух, собираясь с силами, и слова хлынули из него рекой.

— Вот, значит, как, да? — почти выкрикнул он, пропустив мимо ушей ее обидную реплику. — Ни слова мне, ни полслова? Нет бы сказать хотя бы: «Лисил, я коплю деньги на таверну»! А ты, ты… молчала и все. Сколько же тебе удалось… а впрочем, неважно! Мы с тобой напарники, и я вот что скажу: обработаем еще четыре или пять деревень, а потом уж отправимся на покой, идет?

— Я устала, — негромко ответила Магьер. — Я хочу наконец-то обрести свой дом.

— А я-то как же?

— А тебе понравится в этом городе! — торопливо заверила она. — Мы направимся к побережью, а там повернем на юг. Миишка в десяти лигах южнее Белы, столицы Белашкии. Я буду подавать выпивку, а ты займешься карточными играми. Я ведь слышала, что ты когда-то был банкометом в «фараоне». Ты об этом поминаешь всякий раз, как спускаешь последнюю монету.

Лисил отмахнулся от нее, точно от назойливой мухи. И что-то раздраженно проворчал себе под нос.

— Малец будет охранять дом, — продолжала Магьер, и пес поднял голову, услышав свое имя. — И не будет больше ни ночевок на голой земле, ни скитаний, ни ненужного риска.

— Ни за что! Не готов я еще отправляться на покой…

— Ты будешь банкометом…

— Рано это все, слишком рано!

— … мягкая постель, сытная еда, мед и пиво…

— Слышать ничего не желаю!

— … и глинтвейн, приготовленный в очаге нашего собственного дома.

Лисил наконец притих. Магьер видела, как он борется сам с собой, перебирая в мыслях все соблазнительные стороны ее предложения. Наконец он шумно выдохнул — а может, и рыгнул от выпитого вина.

— Давай поговорим об этом утром, — бросил он. И, все еще насупленный, снова приложился к бурдюку.

— Как пожелаешь.

После этих слов Лисил перекатился поближе к огню. Магьер метнулась вперед и едва успела выхватить у него пергамент, на который он и взглянуть-то толком не удосужился, и бережно спрятала письмо подрядчика в свой мешок. Когда она вновь уселась на место, Лисил вдруг вскочил как ужаленный. Тотчас же подскочил и Малец.

— Да как же тебе удалось скопить этакую уйму денег? — пробормотал Лисил заплетающимся языком.

— Уймись наконец и спи! — огрызнулась Магьер. И Лисил снова улегся, что-то ворча себе под нос. Сон не спешил к Магьер, и она поневоле предавалась тревожным размышлениям. Лисилу, конечно же, нелегко будет смириться с такой неожиданной переменой. Магьер, собственно, ждала, что он будет сопротивляться. Хорошо уже и то, что он согласился по крайней мере подумать. Магьер всей душой надеялась, что он в конце концов надумает что-нибудь дельное, хотя вряд ли это случится скоро. Правильно, что она завела этот разговор сейчас, когда в кошельке у Лисила еще бренчат монеты, — самое время попытаться его переубедить и перетащить на свою сторону. Вот если б он был гол как сокол — он бы сопротивлялся из последних сил, требуя поскорее взяться за очередной заказ.