Стоило мне увидеть выбегающего из-за поворота молодого человека, я тут же надавила на газ, покидая зелёную лужайку собственного участка. Зеленоглазый что-то с чувством кричал мне вслед, но что именно он хотел сказать - я так и не поняла. От большой скорости вжалась в кресло, с силой сжимая пальцами руль. Бросаю мимолётный взгляд в зеркало заднего вида, чтобы увидеть мчащийся за мной кабриолет, за рулём которого сидел зеленоглазый собственной персоны.

– Твою мать,- прошипела, чуть сбавляя скорость на повороте, не имея желания убиться, хоть и на дорогой иномарке. Чувствую, как глаза заливаются слезами, но активно промаргиваю, не имея желания сейчас расплакаться - на это будет ещё достаточно времени. Ещё один поворот и я с криком выворачиваю руль, звонко затормозив около белого транспорта, из которого тут же вылез средних лет мужчина:

– Ты совсем сдурела? Куда гонишь - то?- кричал он, когда я медленно покидала салон. Честно, старалась не обращать на его претензии внимания, но стоило кабриолету затормозить возле нас, не выдержала:

– Катитесь вы уже к чёрту!

– Замолчи!- крик Сафронова заставил удивлённо на него оглянуться,- Ты чуть себя и прохожих не угробила!

– Неужто за меня волнуемся?- вызывающе скрещиваю руки, позабыв про мужчину, который неизвестно когда успел покинуть нас.

Молодой человек подошёл ближе, давая возможность заглянуть в свои глаза, метающие молнии с такой яростью, что не испытывая я ярости, непременно бы отступила. Но когда он не ответил, продолжая сверлить меня взглядом, ко мне в голову заглянула безумная догадка, за которую я ухватилась:

– Или подумал, что я решила покончить жизнью самоубийством?- наверное, это был самый неподходящий момент для смеха, но я не сдержалась. Рассмеялась в лицо зеленоглазому, с непонятным наслаждением наблюдая за его набирающей обороты злостью.

– Не настолько ты мне нравишься, Алекс, чтобы приносить в твою честь такие жертвы,- следующие слова точно были лишними, если судить по реакции молодого человека,- Надо думать, Ника послабее меня в этом плане была.

Из меня выбился весь воздух, когда пальцы Александра сомкнулись на мои плечах, а после он же с силой прижал к стене одной из многоэтажек. Удар болью отозвался в спине, заставляя на секунду зажмурить глаза, чтобы тут же открыть их и ударить ладонью по крепкой груди молодого человека.

– Что? Не нравится? Неприятно?- если бы могла его ненавидеть, то сейчас именно бы ненавидела,- Мне тоже неприятно, но тебе плевать!

– Что ты от меня хочешь?- всё же заговорил Александр, перехватывая мои руки, упорно направленные в его сторону,- Чего добиваешься?

– Любви твоей,- из моей груди вырвался нервозный смешок,- Слабо?

– Думаешь, тебя моя любовь сделает счастливой? Ты либо сумасшедшая, либо глупая.

Наверное, я глупый псих, потому что, несмотря на предупреждения, многие запреты, мечтаю об этом мужчине, а осознание того, что мечту легко воплотить в реальность, заставляет действовать активней. Прежде чем успеваю отказаться от своей затеи, подаюсь вперёд, прижимаясь губами к губам молодого человека с такой силой, что слышу звук ударившихся друг о друга зубов. Но какое же было удивление, когда он ответил с не меньшей силой, до боли сжимая мои запястья пальцами.

Знаете, это не был нежный поцелуй, это не был страстный поцелуй, я бы вовсе не посмела назвать терзание наших губ и языков поцелуем. Нам обоим следовало выплеснуть эмоции, избавиться от их гнёта. Это мы и сделали.

Тяжело дыша, пытаюсь вырвать свои руки из железной хватки, желаю коснуться, ощутить горячую кожу под своей оледеневшей ладонью, но Александр, будто назло, завёл их за мою спину. Признаться, я его понимаю, поэтому оставила повторные попытки. Он хотел, он и построил стену между нами, позволяя только искусанным в порыве злости губам соприкасаться, а телам остаться отчуждёнными и безучастными. Не удивлюсь, если сейчас он представляет на моём месте кого-нибудь другого, только не семнадцатилетнюю девчонку.

– Пожалуйста,- прошептала, стоило Алексу отстраниться и остановить свой тусклый взгляд на моём лице,- Не останавливайся.

Сегодня я легко могла бы назвать себя счастливой, если бы подсознание не портило мне прекрасные момент. Вместо того чтобы порадоваться вместе со мной, оно злорадно отмахивалось: ‘Целует, но не любит!’, ‘Даже обнять себя не даёт, настолько ты для него безразлична!’ Мне было всё равно, главное - он рядом, а любит, не любит - это всё наживное. Разве я не права?

– Когда мы с тобой поженимся,- неожиданный детский голосок прервал мои мысли и разорвал поцелуй,- Я тебя целовать не буду!

Двое первоклассников прошли по переулку, старательно кривляясь лицами, показывая тем самым то, что они думали о нас.

– Не самое удачное место,- призналась я, провожая малышню взглядом,- Какие же дети бывают…,- слов не нашлось, мне осталось только развести руками.

– Имеешь что-то против детей?- Александр отошёл от меня на несколько шагов, поправляя воротник своей рубашки.

– Мне всё равно,- зачем врать и претворяться любящим всех и вся ангелом? Эта роль уже занята, если вы понимаете, на кого я намекаю.

– Ты уезжаешь?- последовала за молодым человеком, наблюдая, как он закрывает кабриолет и возвращается к своему автомобилю.

– Поехали со мной,- это не был вопрос, это была констатация, который я безмерно порадовалась. Может, не всё так плохо? Может, Саша не столь безразличен ко мне?

– Ты могла убиться,- стоило мне только сесть в машину, как Александр начал наш прервавшийся разговор заново,- Более того, угробила бы мой автомобиль.

– Да,- согласно киваю со всей серьёзностью, на которую была способна,- Автомобиль было бы жалко.