– Нет-нет, что вы. Мне нужно все, что я уже упомянула. – Краснея и бледнея, я продолжила настаивать на своем.

– А вас не затруднит повторить ваш перечень еще раз, а то я боюсь, что-то упустила?

Это был откровенный вызов с красноречивой улыбкой во весь рот, и я его приняла.

– Две пачки угля активированного, «Нафтизин», пластырь, зеленку и тест.

– По-моему в предыдущем варианте еще и горчичники были, или я что-то путаю? – ехидно пробубнила продавец.

– Если были, значит давайте. У меня брат болеет, и не хотелось бы забыть что-то из маминого списка.

– Ааа, значит это МАМИН список?

– Конечно. А вы что подумали?

– Ничего. В мои обязанности не входят подобные размышления. Только мой вам совет, деточка, не тратьте зря свои сбережения, лучше мороженое лишнее или шоколадку какую съежь. Коль за презервативами постеснялась прийти, хоть так детство продлишь. А тест я тебе и так продам.

В голосе продавца звучало все – и злость, и жалость, и упрек. От всего этого я готова была зареветь и сбежать куда глаза глядят, но мне никто не мог гарантировать что в другой аптеке меня не встретят аналогично? Я и сюда-то пришла чуть живая, словно на гильотину. Другого раза я точно не вынесу.

– Сколько с меня – за ВСЕ? – Я никогда не была мазохисткой и продлевать «удовольствие» из душевных мук, не желала больше ни минуты.

– Пятьдесят восемь шестьдесят. – На прилавке появился небольшой, но наполненный целлофановый пакет, а я, взамен, протянула деньги. – Господи, это когда-нибудь закончится? Когда вы уже перестанете доставлять своим родителям кучу проблем. За тестом прийти нашла смелость, а за презервативами значит струсила? Молодость, гормоны… Все это понятно, но ведь голова же всегда на плечах…

Женщина проговаривала слова словно между прочим. Она, вроде как не ко мне обращалась, а вела беседу сама с собой. Но я-то знала, что она имеет ввиду и для кого устроен весь этот цирк. Не имея ни малейшего желания выслушивать нравоучения от постороннего и неприятного человека, я даже не стала ждать сдачу, которой не хватило бы даже на проезд в маршрутке.

Оказавшись дома и убедившись что кроме меня в его стенах никого нет, я заперлась в туалете. Следуя простой инструкции уже спустя несколько секунд, я пребывала в предобморочном состоянии.

Две полоски! ДВЕ ПОЛОСКИ!!!!!!! ДВЕ!!!!!!!

Выронив из рук тест, я обхватила ими свою голову и свалилась на холодный кафель. В тот момент моя голова превратилась в растоптанный несколько секунд назад муравейник, в котором мысли, словно бесчисленное количество насекомых, в панике разбегались кто куда. Но надежда умирает последней и, взяв себя в руки, я бросилась прочь из квартиры.

– Мне, пожалуйста, еще три теста. – Без скромности и каких-либо непоняток выпалила я. Плевать, что обо мне подумает эта тумба, от этого мне хуже точно не станет.

Но в этот раз женщина не поделилась со мной своими мыслями, а молча протянула товар.

– Сорок восемьдесят. – И, естественно, не поскупилась на немое осуждение на лице.

– Спасибо. Иии, мой вам совет – в рабочее время достаточно простой улыбки на лице и ничего более. В ваши обязанности ведь не входят насмешки и упреки, не правда ли? – Вызверилась я и поспешила домой.

Второй, третий и четвертый – все тесты рисовали одно и то же, мой приговор в две полоски. Что делать дальше я не знала и ничего лучше не придумала, как закрыться в собственной комнате и вдоволь пореветь.

Ну как так-то?! Как???

Мой мир перевернулся. Но не в моих правилах рубить сгоряча. Я решила сначала дать волю своим эмоциям, а потом взять себя в руки и включить для принятия важных решений холодный рассудок.

В общей сложности эмоции мои гуляли на воле часа три, не меньше. Да и взять их под контроль я смогла только тогда, когда из коридора донесся звук открывающейся двери. Мама. Папа почти неделю был в командировке. Малый по вечерам пропадал на каратэ. Других вариантов не было.

– Черт! – Выругалась я, взглянув на себя в зеркало. Ну и как я смогу объяснить маме распухшую от слез физиономию и краснючие глаза?

– Лер! Ле-ра! Ты дома?

– Да ма, уже спать легла, - я попыталась отвести беду в сторону, но ничего не вышло.

– Что значит спать? – дверь распахнулась. – С каких это пор вы, девушка, ложитесь в такую ра… А что это с тобой? – Стоило маминому зоркому взгляду пробежаться по моему распрекраснейшему личику, как ее веселый голос стал тревожным. – Что случилось?