– Чем могу служить?
– дружелюбно осведомился хозяин.

Посетитель, сумрачно оглядев хозяина мутными в красных прожилках глазами, угрожающе процедил:

– Верни мне ее, а то...

Человек в меховом жилете равнодушно глядел на посетителя - улыбка исчезла с губ, пальцы выстукивали на прилавке какой-то смутно знакомый боевой марш.

Несколько длинных секунд лишь молчание разделяло мужчин. А потом снова раздался голос молодого, голос больше похожий на рык бешеного зверя:

– Верни мне ее, сатана!

Пальцы хозяина все так же выстукивали марш, очки задумчиво блестели на толстом носу - он молча наблюдал за покачивающимся перед прилавком мужчиной.

– Верни мне ее!
– вновь зарычал посетитель, судорожным рывком выдирая из кармана что-то тускло-блестящее.

Хозяин спокойно смотрел в черный зрачок револьвера, что сжимали дрожащие от продолжительного запоя руки. Он молчал.

– Я убью тебя!..
– пообещал гость.

– За что?
– хозяин прекратил барабанить по столу и снял очки.

– Что ты с ней сделал?!
– снова закричал визитер.

Тонкие пальцы аккуратно сложили дужки очков, вновь появился на прилавке знакомый футляр. Остро глянули из-под седых бровей разноцветные глаза.

– Я выполнил заказ, - спокойно сообщил мастер.

– Твоя женщина с тобой. Она ни на шаг не отходит от тебя, она выполняет все твои желания и прихоти. Даже не смотрит на других мужчин. Во всем с тобой соглашается...

– Разве не этого ты желал, когда пришел ко мне с заказом?

– Это не она!
– почти завизжал гость.

– Это она!
– так же равнодушно откликнулся мастер.

– Я всего лишь выполнил твой заказ, она стала такой, какой ты хотел ее сделать, - пояснил он.

Гость угрожающе потряс револьвером:

– Верни мне ее! Это не она... Это какая-то кукла... Она неживая, - взвизгнул он.

Мастер скривил в улыбке тонкие бледные губы:

– Кукла делает то, что желает кукловод.

И неожиданно мечтательным голосом сообщил:

– Когда-то давно, совсем мальчишкой, меня привезли на ярмарку, где показывали представления кукольного балагана...

– Мне плевать, что тебе показывали!
– вновь заорал посетитель, - Считаю до трех, а потом стреляю! Раз!..

– Три!
– прервал его хозяин, аккуратно, двумя пальцами, будто какую-то неприятную гадину, держа за спусковую скобу револьвер.

Посетитель растеряно глянул на пустую руку, на револьвер, который хозяин брезгливо положил на прилавок перед собой...

– Все равно я тебя убью!
– твердо произнес он.

– Это ничего не изменит!
– откликнулся хозяин. И продолжил:

– Так вот, когда я был маленьким, я впервые увидел кукольный балаган. Тогда куклы показались мне живыми, я не сразу разглядел, что они оживают, потому что кто-то дергает их за ниточки... Куклы мертвы, ими управляет хозяин. И ты это знал!
– утверждающе сказал он.

– Знал, но из-за своего страха, который ты почему-то назвал любовью, пришел ко мне... Так чем же ты недоволен?
– тонкий длинный палец с острым ногтем обвиняюще уставился на человека в кожаной куртке.

Гость смотрел на хозяина. Потом неожиданно рухнул на колени и тихо попросил:

– Освободи ее. Хочешь, я тебе душу продам? Ты не понимаешь, я же рядом - я чувствую, что ей больно. Отпусти ее...

Мастер за стойкой тяжело вздохнул.

– А помнишь, как я предлагал тебя отменить заказ?
– печально осведомился он.

– Почти просил, а я никогда не прошу!
– рокотнул его голос громом.

– Знаешь, почему?
– от голоса тихо звякнули струны внутри рояля.

Коленопреклоненный человек лишь молча покачал головой.

– Ты предлагаешь мне свою душу?
– язвительно спросил хозяин.

И презрительно взглянув на кивающего как китайский болванчик гостя, сообщил:

– Нельзя предложить того, что не имеешь! Твою душу давно сгрыз твой страх - ты пуст внутри. А вот та, что ты обрек на жизнь куклы, - он зло грохнул кулаком об дуб прилавка, - ее душу не забрать, слишком большая, вот потому она и чувствует боль... И будет чувствовать всегда, когда разрезана душа - это больно...

– Но тебе этого не понять, - вновь застывая подобно собственной кукле, успокоился мастер.