Что будет «иначе» Корри так и не услышала, так свалилась в спасительный обморок.

***

– Ты что натворил, амеба?! Ты знаешь, что мне доктор сказал?! «Поздравляю, Вы – беременны!». Как, скажи мне, я могу быть беременна, если кроме твоих щупалец, или что у тебя там, во мне уже три месяца ничего не было?!

– На этих словах неистово топчущая шпильками одеяло Корри рухнула на кровать и разрыдалась, сжавшись в комок.

– В ушах так и стояли слова медсестры, усиленно машущей ваткой с нашатырем перед носом пришедшей в сознание Корри: «Доктор Глихер, не надо дополнительных анализов, это ж она явно от счастья. Я ее квоту-то уже посмотрела, молодец девочка, за месяц до аннулирования успела, у меня сестра так первую профукала, так потом только в тридцать два вторую дали…».

– Квота! В любой другой ситуации девушка бы действительно вне себя была бы от счастья, она ведь уже смирилась тем, что упустила свой шанс стать матерью на долгие годы, а может и навсегда. Но сейчас! Рожать не понять кого от собственного одеяла!

***

Тиюн.

Испугавшись за Корри и не обращая внимания на болезненные уколы каблуков, Тиюн резко перетек в человеческое тело и обнял плачущую девушку. Необходимость соблюдать договор, воспитанная в каждом рэнце, уступила перед беспокойством за состояние любимой.

Устроив Корри поудобнее у себя на коленях, Тиюн свободной рукой закрыл девушке глаза, чувствуя, как мокрые ресницы щекочут его ладонь.

– Тише, Корри, не плачь. Пожалуйста, не открывай глаза и постарайся успокоиться, я тебе все объясню. Хорошо?

Девушка в его руках замерла, но сделав несколько судорожных вздохов, немного расслабилась и едва заметно кивнула. Тиюн погладил ее по щеке и опустив руку, обнял за талию.

– Как ты знаешь, моя раса – рэнцы, в процессе эволюции приспособилась включать гены других животных в свой геном. Традиционно для своих детей родители используют полностью гены метаморфов и талиссы, ты видела ее фотографии, как наиболее приспособленных к жизни видов. Дополнительно можно использовать еще чьи-нибудь гены, чтобы ребенок мог формировать какие-нибудь специальные органы. После того, как на Рэн впервые высадились люди, началось довольно тесное сотрудничество между нашими расами, поэтому многие семьи стали брать человеческие гены для своих детей, в надежде, что их отпрыски смогут жить и работать в ФЗМ. В моей семье уже три поколения рождаются такие дети, поэтому неудивительно, что я с детства готовился к отправке на Землю. Большинство из нас, расплачиваются за перелет работая одеялом, это позволяет привыкнуть к местным условиям и заработать денег. После окончания аренды, рэнцы поступают учиться или находят работу.

Когда я подписывал договор, то и подумать не мог, что встречу такого человека как ты. Мне было приятно и легко заботиться о тебе, а потом я не заметно для себя влюбился. Как же я ревновал, когда ты приглашала домой Грэга! Мне хотелось оказаться на его месте, быть с тобой, любить тебя. И когда ты с ним рассталась, я воспользовался возможностью и соблазнил тебя. Не знаю, на что я надеялся, ведь я не мог нарушить договор и объясниться с тобой, но к счастью, ты меня не оттолкнула. Наши отношения давали мне надежду, что со временем ты полюбишь меня так же, как и я тебя. Если бы не тот ваш с Мири разговор, то я бы спокойно дождался окончания аренды, и в человеческой форме предложил бы тебе встречаться. Но… Ты так хотела ребенка, а времени почти не оставалось. Судя по изученным мной материалам, скорее всего, другого шанса у тебя бы не было. Поэтому, убедившись, что рождение ребенка от рэнца не только возможно, но и неопасно для матери, я решил, что стану отцом твоего ребенка и составил для него геном. У нас будет сын, Корри. Как и я – метаморф, человек и талисса. Он родится человеком, а изменяться сможет лет с шести. Посол Рэна на Земле прислал мне всю информацию по полукровкам-метаморфам. Там есть и фотографии. Это здоровые, красивые и умные дети, у которых будет в два раза больше возможностей, чем у их родителей. При рождении по квоте такой ребенок не нарушает земных законов, поэтому проблем с Демслужбой не будет.

У тебя еще есть время изучить эти материалы и решить, хочешь ли ты этого ребенка? Если нет, то в течение трех недель еще можно убрать зародыш без боли и вреда для тебя. Но я люблю тебя, Корри, и хочу, чтобы у нас была семья, дети. Прошу тебя, дай нам шанс.

***

Корри.

Корри слушала ласковый, чуть хриплый голос и боялась поверить своим ушам и ощущениям. Сильные, крепкие мужские руки тесно прижимали ее к широкой груди. Под ее щекой спокойно и громко билось сердце ее Тиюна. Горячая обнаженная кожа согревала и расслабляла мышцы, заставляя отступать накатившую истерику. С каждым произнесенным словом Тиюн разбивал очередной страх, который придумала себе Корри, пока добиралась до дома из медцентра. Давно смирившаяся с тем, что Тиюн - не человек, девушка была потрясена узнав, что он может принимать человеческую форму. Ее наивные и бесполезные мечты о дальнейшей совместной жизни с Тиюном резко перешли в категорию «Осуществимо». Испугавшая ее беременность оказалась не чем-то ужасным, а вполне обычным случаем в истории взаимодействия двух рас. Даже то, что ее ребенок будет метаморфом вызвало лишь легкое беспокойство, почти сразу же померкшее перед наконец разрешенной себе мысли: «Я стану мамой!».

Выслушав Тиюна до конца, Корри поняла, что им предстоит заново узнавать друг друга, привыкать к совместной жизни, решать множество непременно возникнувших проблем. Что ее безрассудная влюбленность в ласкового и заботливого мета возможно не вырастет в любовь к мужчине. Но она готова была рискнуть в попытке обрести настоящую любовь и семью.

Собравшись с духом, Корри слегка отстранилась от Тиюна и открыла глаза. С красивого лица, резко контрастируя со светло-русыми волосами на нее с любовью смотрели такие знакомые синие глаза.

Эпилог.

26.05.2242 Земля.

Негромко хлопнула входная дверь. Обрадованная Корри выглянула в коридор из детской, в которой уже полчаса безуспешно пыталась уложить сына. Эрик обижался, что папа опять задерживается на работе и саботировал процесс усыпления.

Тиюн заметил ее и улыбнулся, раздеваясь. Подойдя к мужу, Корри обняла его и ласково попеняла:

– Ты долго, Эрик без тебя не хочет засыпать.

– Прости, любимая. Крупная авария в центре, пришлось изображать аппарат «сердце – легкие» сразу для двух пациентов. Пока доехали до больницы, пока подключили. Ничего, еще три недели и мне зачтут практику за четвертый курс. Зато летом буду свободен. Потерпишь?

– Куда я денусь, - вздохнула Корри.

Учеба Тиюна в медицинском университете, подработка и практика в скорой помощи почти не оставляли мужу времени на семью, но Корри с пониманием отнеслась к мечте любимого получить кроме рэнского, еще и земное медицинское образование и поддерживала его во всем. Ведь не смотря на свою занятость, Тиюн был идеальным отцом и мужем, умудряясь все свободное время проводить с женой и сыном.

– Иди к Эрику, я переоденусь и приду рассказать ему сказку, - предложил Тиюн.