Дэйли Плаза была открыта с трех сторон, огражденная улицами Кларк, Дирборн и Вашингтона и Центром Дэйли. Это было огромное пространство бетона, подчеркнутое насекомоподобной металлической скульптурой Пикассо, которая достигала пятнадцати метров в высь, и квадратным фонтаном, выключенным на зиму.

Площадь была набита людьми, толпа была очень плотной, как глубокая вода, поэтому каждый человек наклонялся или врезался в своих соседей, посылая эту волну дальше.

Полицейские в черной форме виднелись по краям, также как и несколько журналистов с видеокамерами на плечах, и несколько вампиров, стоящих парами вне главной давки. Члены КГ, подумала я, пытаясь сохранить сверхъестественных города в безопасности.

— Здесь много людей, — сказал он.

— Ага. А также много магии. — Она поднималась и оседала, как ритм симфонии, посылая неприятные иголочки по моим рукам. — Колючей магии, — проговорила я, рассеянно почесывая тыльную сторону руки.

Мне пришло в голову, что я, вероятно, находилась в пределах телепатической связи с Этаном, и мысленно позвала его, но смогла практически почувствовать, как слова отскочили обратно ко мне. Слишком много магических помех, наверное.

— Давай пройдемся по периметру, — предложил он, и я кивнула, идя с ним в ногу. Ночь была холодной, но давка тел перед нами работала как печь, посылая тепло в нашу сторону.

Толпа была разнообразной, от явно пораженных подростков, которые возбужденно улыбались сложившейся ситуации, до вампиров и оборотней, которых я не узнала, с мрачными выражениями лиц и повторяющих свои призывы освободить Этана снова, снова и снова.

— У твоего мужчины серьезная поддержка, — сказал Джонах.

— У причины имеется поддержка, — поправила я, резко остановившись, когда два двадцатилетки в пальто и шарфах выскочили из такси в заварушку с неоновыми плакатами, требующими права сверхъестественным и освобождения Этана. — Не могу поверить, сколько же из них знает, кто такой Этан.

— У него есть фан-сайты, Мерит.

Я остановилась, посмотрела на него и увидела смущение на его лице.

— Не может быть.

— В следующий раз, когда будешь в сети, загляни на ЭтанСалливанМойМастер-точка-нэт. Там есть фанфики. Ты не очень-то осведомлена о многочисленности поклонников Этана.

— Нет там никаких сайтов, и нет там никаких фанфиков.

На этот раз остановился он и посмотрел на меня, выражение его лица было отчаянным.

Мои мысли завертелись от вероятности полчища женщин, страстно желающих моего очень вампирского парня. Я решила, что нахожу это милым, так как не беспокоилась по поводу его верности. Хотя мои познания в Интернете были явно неудовлетворительными. Я сделала мысленную заметку исправить это, когда у меня появится свободное время.

Однако, упоминание Этана затуманило мое настроение.

— Как думаешь, они его освободят?

— В течении его жизни? Да. К сожалению, эта жизнь может длиться вечность.

Не самые вдохновляющие мысли.

Мы прошли мимо мужчины и женщины в футболках Вечерней Средней Школы под расстегнутыми пальто. Мужчина был высоким и худощавым, с бледной кожей и густыми бакенбардами; женщина была миниатюрной, с темной кожей и вьющимися волосами. Это был Гораций, доброволец Гражданской Войны и член Красной Гвардии. Ее имени я еще не узнала.

Гораций обменялся коротким кивком с Джонахом, когда мы проходили мимо. Подтверждение нашего членства, нашего партнерства, нашего вампирского ограждения вокруг площади.

Мы обогнули периметр и повернулись к другой стороне толпы так же, как и женщина, миниатюрная и с темными волосами, она шла по тротуару в атласном пальто и в сапогах на десятисантиметровой платформе, из-под плаща виднелось красное платье, а вокруг нее струился покров магии.

Ростом она едва достигала 1 м. 52 см, но с каждым шагом, очередные мужчина или женщина в ее близости обращали свои взгляды на нее, охваченные благоговением. Как и у всех нимф, у нее была большеглазая красота персонажа аниме.

Я поглядела на Джонаха и увидела то же опьяненное выражение на его лице.

— Речная нимфа приближается, — предупредила я, немного с опозданием. — Хотя я забыла, какой частью реки она управляет.

— Северным Рукавом, — ответил он, затем прочистил горло. — Ее зовут Кэсси.

Кэсси подняла глаза, обнаружив, что мы стояли там, и помчалась к нам на своих платформах, ее пальто развивалось позади нее.

— Ты внучка Чака! — провозгласила она, захлопав ресницами. Но когда она посмотрела на Джонаха, ее улыбка превратилась в надутые губки. — Где Джефф?

Я сочувственно поморщилась Джонаху и любому другому мужчине в Чикаго, которые не были Джеффом Кристофером. Гик или нет, но у него был подход к нимфам.

— Его здесь нет. Прости.

В ее больших глазах расцвели слезы, и задрожала нижняя губа.

У меня не было времени на нимфу в истерике.

— Джефф упоминал тебя, — сказала я. — Как раз прошлой ночью. Сказал, что думает, что ты безумно красивая.

Она сложила руки вместе с очевидным ликованием.

— Правда?

— Правда, — заверила я ее, затем с опаской поглядела на ревущую толпу. Я была не совсем уверена, что это территория Речной нимфы. — Ты пришла на протест?