Я бы не назвал ее очень красивой, но было в ней что-то такое, что заставило меня встрепенуться. Вот та единственная женщина, подумал я, с которой мне бы никогда не стало скучно, и которая могла бы сделать меня счастливым. Мысль об этом молнией промелькнула у меня в голове, и в тот же момент я понял, что если забрезжившее мне счастье не погаснет, то эта девушка скоро станет моей женой.

Я спросил у Сариты, не согласится ли она стать четвертым участником нашей компании: Мэттисон с женой, она и я. Сарита согласилась.

Джек, узнав о моих планах, пришел в восторг.

– Слава Богу! – воскликнул он. – Слава Богу, что мой партнер оказался не таким уж некультурным человеком! Тащи старика на Шопена и постарайся произвести на него впечатление. Может, он подбросит нам какой-нибудь заказ, если увидит, что ваши вкусы сходятся.

Я позвонил Мэттисону, и он охотно принял мое предложение побывать вместе с женой на шопеновском концерте.

Однако получилось так, что наибольшее впечатление на Мэттисона произвела не музыка прославленного композитора, и, тем более, не я сам, а Сарита. Она сразу завоевала расположение мэра и его жены.

Вечер прошел очень мило.

– Пора бы вам, молодой человек, почаще наведываться к нам в муниципалитет, – заметил Мэттисон, пожимая мне руку на прощание. – Загляните-ка завтра. Я хочу познакомить вас с Мэрилом Уэббом.

Уэбб заведовал плановым отделом муниципалитета. Именно он выдавал заказы – без него вы не могли сделать и шагу. До сих пор я с ним ни разу не встречался.

Провожая Сариту домой, я чувствовал себя на седьмом небе. Именно ей, одной ей, я был обязан успехом сегодняшнего вечера, и, в порыве благодарности, тут же пригласил ее пообедать со мной в один из ближайших вечеров. Она не возражала.

Утром на следующий день я побывал в муниципалитете и познакомился с Уэббом. Это был высокий, худой, сутулый человек лет шестидесяти. Он разговаривал со мной довольно небрежным тоном, поинтересовался моим и Джека образованием, расспросил о наших прежних делах и все такое прочее. Особого интереса к моей особе он не проявил, но пообещал поставить нас в известность, если появится что-нибудь подходящее, с его точки зрения.

Такой прием несколько поубавил мой пыл: я-то надеялся сразу же получить какой-нибудь заказ.

Однако Джек ничуть не удивился.

– Держись за Мэттисона. Уэббом командует он, и никто другой. Держись за Мэттисона, и рано или поздно мы урвем кусок пирога.

После того вечера сам я стал часто встречаться с Саритой. Почти через день мы бывали где-нибудь вместе, и через две недели я понял, что влюблен в нее и хочу на ней жениться.

К тому времени я уже не мог жаловаться на свой заработок. Не так уж много, но для жизни с женой хватило бы. Я не видел причин откладывать женитьбу, если, конечно, Сарита согласится связать свою судьбу с моей, и сделал предложение.

Сарита без колебаний приняла его.

Джек, выслушав меня, откинулся в кресле с довольным видом и улыбнулся.

– Молодец! Очень рад. Одному из нас уже давно пора стать солидным человеком. А какая девушка! Прямо скажу: если бы ты не опередил меня, я бы сам попытал счастья. Прекрасная девушка, Джефф! Я не шучу. Настоящее сокровище. Поверь мне, я знаю толк в людях.

Вы ошибаетесь, если думаете, что все эти годы я не вспоминал Римму или убитого охранника. По ночам меня иногда мучили кошмары, и я просыпался с ощущением, что Римма была здесь, в комнате, и смотрела на меня. Но время шло, события той ночи все дальше уходили в прошлое, и мне стало казаться, что прошлое никогда о себе не напомнит.

Я много передумал, прежде чем попросить Сариту стать моей женой, и в конце концов решил, что могу пойти на риск. Под фамилией Гордон меня никто не знает. После Лос-Анджелеса я возмужал, изменился внешне, хотя и не избавился от шрама на подбородке и чуть приопущенного века. Мне так хотелось верить, что Римма и все связанное с ней осталось в далеком-далеком прошлом!

В конце года мы поженились. В числе свадебных подарков фигурировал и подряд на строительство нового крыла городской больницы. Дельце было выгодное и принесло хороший заработок. Главную роль тут сыграл, конечно, Мэттисон.

После выполнения этого заказа Джек получил возможность переехать в трехкомнатную мансарду, а мы с Саритой в четырехкомнатную квартиру в респектабельном районе города. Оба мы с Джеком смогли приобрести более приличные машины и чаще принимать гостей.

Казалось, наконец-то мы выходим в люди, наконец-то жизнь стала улыбаться нам.

Однажды утром раздался телефонный звонок. Звонил Мэттисон.

– Джефф, приезжай-ка сейчас же ко мне, – сказал он. – Брось все. Мне нужно кое-что обсудить с тобой.