– Эй… - я накрыла своей рукой ее ладошку. – Это ничего, Лер. Мы отпразднуем вместе, а потом съездим к моим родителям, хорошо?

Она кивнула, но я заметила, как карие глаза ее наполнились слезами.

– Они любят тебя, Лер, - я вздохнула и сильнее сжала руку. – Они работают, чтобы у тебя было все, чего ты заслуживаешь…

– Я заслуживаю нормальной семьи, - вдруг выдавила подруга. – Я последний раз справляла с ними праздники лет шесть назад, Редж. Шесть лет назад!

Я сочувственно кивнула ей и сказала:

– Наверное, иногда они не понимают, что это причиняет тебе боль.

– Они никогда ничего не понимают, - буркнула подруга, и из ее глаз покатились слезы.

Я соскочила со стула и, обойдя стойку, обняла ее.

– Эй, ну не плачь… У тебя есть я. Ты же знаешь это?

– Знаю, - всхлипнула она. – Но иногда мне хочется нормальную семью. Хочется, чтобы мне наперебой звонили и папа, и мама. Хочется вечерами звонить им в скайп. Хочется, чтобы меня спрашивали, что я ела на завтрак и как сдала сессию…

Я погладила ее по спине и вздохнула. Вот она, совершенная разница меж нашими семьями.

Мои родители всю свою жизнь проработали на обычных работах у нас в городке: папа – слесарем, а мама – учительницей начальных классов. Они не хватали звезд с неба, и я всегда росла в строгих рамках: торты по праздникам, подарки на Новый Год и День Рождения. Но, тем не менее, я никогда не ощущала недостатка во внимании: меня любили и уважали родители, я обязана им своим счастливым детством.

Лера же, дочь известных кинорежиссеров, с детства привыкла ко всему самому лучшему и дорогому, к изысканным нарядам и обедам из семи блюд. Ее растили няни, она путешествовала и познавала мир, учила языки.

Как так вышло, что она – дочь богатых людей – стала учиться в обычном университете, да и поступила по бюджету? Очень просто. Лера – безумно умная, и с детства, несмотря на избалованность, привыкла жить по своим силам и правилам. Она наотрез отказалась от поступления в модные и престижные университеты, и выбрала наш. И, видно, не пожалела.

– Не хочу никаких вечеринок, - всхлипнула подруга. – Отпразднуем вдвоем, ладно?

– Ладно, - согласилась я, прекрасно понимая, что уже через час подруга начнет выписывать приглашения на наш Новый Год.

– Я тебя так люблю, Реджи. Спасибо, что ты со мной.

– Да куда уж там, - я погладила ее по спине снова и добавила: - Если бы не твоя общительность, Лер, мы бы не подружились.

– Конечно, я же золотце, - девушка, всхлипнув последний раз, отстранилась. – Так, проверим, что там у меня на карточке.

Мы снова уселись за барную стойку, и Лера сделала запрос.

– Двести пятьдесят тысяч положены сегодня утром, - равнодушно проговорила она и заблокировала айфон.

Я вытаращила глаза.

– Знаешь, после того, как мне дарят четверть миллиона на праздники, я бы не стала обижаться.

Лера усмехнулась.

– Ладно, прожжем его половину перед Новым Годом, а вторую половину – на шмотки. Идет?

Я покачала головой и улыбнулась, макнула ролл в соус и ответила:

– Идет.

Регина… Регина… Что же за имя такое? Волшебное.

Черт, я превращаюсь в параноика.

Нужно позвонить ей и устроить встречу. У меня совершенно нет времени, но я должен увидеть ее сегодня и быть самым лучшим парнем. Лучшим, чтобы она влюбилась в меня.

Но все равно, она не полюбит меня сильнее, чем ее люблю я.

Любовь с первого взгляда? Вот бред, - считал я. Считал, в прошедшем времени.

Было достаточно одной маленькой аварии и этой чудной девочки, чтобы все мои убеждения рухнули, как Башни-Близнецы 11 сентября 2001 года.

Я становлюсь придурком. Кто-нибудь, ударьте меня хорошенько, чтобы мой влюбленный мозг встал обратно?

9.

Остаток дня мы провалялись на диване, щелкая пультом и смотря разные каналы. С роллами было покончено, и к вечеру у нас уже урчали животы.

– Может, пиццу закажем? – Лера подала голос, отбрасывая подушку в сторону.

– Маргариту. Из «Сирени» - хором сказали с ней мы и рассмеялись.

Тут же я вспомнила о моем загадочном спутнике. Он больше не звонил, не писал, и я подумала, что на этом наше общение закончено.

– Кстати. Как его зовут? – вдруг спросила Лера, повернувшись ко мне. На ее лице снова была маска, на этот раз – огурцовая. Я осторожно почесала свой нос, намазанный йогуртовой маской (Лера вертит мной, как хочет, я уже говорила), и вытаращилась на подругу: