– Ему лучше не станет!
– крикнула она ему в ответ, расталкивая всех, она села рядом с ним и положила его голову к себе на колени.
– Если не верите мне, отпустите его.

Разом его все отпустили. Юра прижался к Наташе, руками хватаясь за нее, как за жизнь. Обнимая девушку, ему становилось легче.

– ...мне больно...

Наташа крепче сжала его руками, прижимая к себе.

– Ты должен все вытерпеть. Боль уйдет, терпи, - сказала она, смотря в пол.

Юра притянулся к ее уху.

– ...он сказал, что ты...

– Шшш, я знаю.

– ...откуда?

– Не знаю!..

Наташа не знала, откуда ей все известно. Это не было сном.

На нее смотрели несколько пар глаз, их всех посещала мысль, что она свихнулась или корпорация успела, что-то сделать с ней. Алекс смотрел на любимую девушку и не узнавал, это была не она!..

"Что с ней сделали?" - спросил себя Алекс.

Димитрий подошел к нему, шепнув:

– Она не могла свихнуться.

– Она сильная.

Димитрий посмотрел на Наташу, качавшую Юру, как младенца.

– Может они успели с ней, что-то сделать?

Карие глаза на него злобно посмотрели.

– Не возможно, а точно.

Наташа долгое время качала юношу на своих руках. Юра мучился от боли, кричал, дергался и от неожиданной боли ударял Эмми по плечу, но она не бросила его, только стиснула его сильнее.

Все тело Юры горело от боли, но в объятиях Наташи ему становилось легче, и именно она придавала ему волю - вытерпеть всю боль!

Боль была безумна.

Именно так: он словно безумный, ничего не соображал, не понимал, что происходит. Реальность была красной, и его словно сбивал автобус, колотил профессиональный боксер и топтали быки одновременно; его окунали в кислоту и распиливали на части.

Он хотел поднять руки, разорвать грудную клетку и выдрать из нее сердце - только бы прекратилась пытка. Но рук он не чувствовал, не мог пошевелить ни одним бесследно исчезнувшим пальцем.

Боль разгорелась сильнее, и ему захотелось кричать. Умолять, чтобы его убили - он не мог вынести ни секунды боли. Боль шла из сердца, прогрызало путь к плечам и животу, ошпаривало глотку, лизало лицо.

Юра хотел только умереть. Никогда не появляться на свет. Вся его жизнь не перевешивала этой боли, не стоила единого удара сердца.

Убейте меня, убейте, убейте.

Бесконечный космос мучений. Лишь болезненная пытка, да еще мои безмолвные мольбы о смерти. Больше не было ничего, не было даже времени. Боль казалась бескрайней, она не имела ни начала, ни конца. Боль казалась бескрайней, она не имела ни начала, ни конца. Один безбрежный миг страдания.

Единственная перемена произошла, когда внезапно боль удвоилась, вдруг тоже вспыхнула.

Бесконечная боль все бушевало.

Прошли секунды или дни, недели или годы, но, в конце концов, время снова появилось.

Одновременно произошло три вещи - они выросли одна за другой, и Юра понял, что случилось в начале: время пошло, он стал сильнее.

Власть над собственным телом возвращалась к нему постепенно, и благодаря этому он смог почувствовать ход времени.

Хотя огонь ни капельки не ослаб - наоборот, он даже научился воспринимать его по-новому, ощущая каждый порыв боли в отдельности от других, - он вдруг обнаружил, что он начинает трезво мыслить.

Например, вспомнил, что находится в руках Наташи, и она от него ни на шаг не отходит. Она продолжала его качать, как младенца в своих руках, продолжала целовать в лоб. Она до сих пор с ним после того всего что между ними было.

После того, как играл с ее чувствами, относился к ней, как к тряпке и не ценил. Врал про нее разную мерзость, однажды про нее в школе ходили ужасные слухи, но их развеял Алекс.

Алекс.

Как же он подходит ей, какая у них любовь! Теперь Юра понял, чего хотел больше всего на свете: искренней любви, как у них. Он хотел любить, уделять этому человеку время и принадлежать только ему. Он хотел, чтобы его любили, но не понимал, что Наташа когда-то любила его, но не сейчас! Он сам разрушил их отношения, тем самым отвернул от себя Наташу и заставил возненавидеть его!..

Какой же он идиот!

Юра услышал ее голос:

– Терпи. Это только начало.

Начало? Куда боль может быть хуже?!

Но она оказалась права, боль стала сильнее.

Юра выгнулся и закричал от сильной боли.

Смотря в одну точку, Наташа сильнее сжала его в своих объятьях, прижимая к своей груди. Она не позволяла ему вырваться, заставляя терпеть боль.

Наташа потеряла ход времени.

С нее никто не сводил глаза.

Алекс, смотрел на нее, поражаясь, что всю ночь и день провела, обнимая Юру. Она смотрела в пол, ничего не видя, ни чего не слыша, игнорируя предложения поесть и выпить воды.