Серена разозлилась, ее возглас взбудоражил всех.

– Нужно поговорить с ней. Есть еще тот человек, которому она поверит?

Ступор. Никто не знал, кому сейчас Наташа поверит. Алиса почитала сестру сумасшедшей, как и Катарина. Серене она не доверяла. Алекс? Нет, он не поверил любимой девушке и ударил. Остался последние: о Юре нет речи, но Димитрий еще возможно.

Женя не выдержал и, сорвавшись с места, пошел в подвал.

В комнате сидела Наташа, привязанная к стулу, ее руки связаны за спиной; руки болели, она не могла двигаться, Димитрий туго завязал узлы веревки... голова опущена, лицо прятало плотная завеса русых волос. Правое плечо покрыто запекшейся кровью...

В комнату вошел Женя и сел на стул напротив нее. Он всматривался в ее лицо, но плотная завеса волос не позволяла видеть выражение ее лица.

– Нат?
– окликнул Женя, но девушка даже не дрогнула.

Все молча, наблюдали за всем из тайной комнаты.

– Ты меня слышишь?

– Да, - сухо оборвала она.

– Ты можешь мне объяснить, что происходит?

Завеса русых волос была не подвижна. Наташа не думала поднимать голову.

– Еще не время.

– Какое время?

Димитрий напрягся.

– Они сами разберутся.

Женя ничего не мог понять.

– Кто они?

– Я не знаю.

Юноша был спокоен, и не собирался выводить из себя сестру.

– А можешь сказать, чего они хотят?

Наташа слегка дернула головой, завеса волос дрогнула.

– Не знаю.

Димитрий внимательно наблюдал за ней, и ему было не по себе.

– Я не знаю, чего Вэиел хотят и они тоже, но я в опасности. Я хочу спокойной жизни, мне все начинает надоедать. Хватит с меня этого ДЕРЬМА.

"Дерьма" - это слова она прокричала, что Женя вздрогнул. Она не урновешена и ее мысли спутаны. Наташа не могла понять, когда говорит она, а когда не она.

Женя ушел. Он подошел к ребятам.

Все были в замешательстве.

– Она не урновешена, - сказала, наконец, Серена, смотря на Наташу через стекло.
– Они оба не контролируют себя и... будто два тела, одна душа и наоборот.

Раздался хлопок в дверь, спустя секунды появился Алекс. Юноша не похож на самого себя; серьезен, агрессивен, зол и опасен. Он не взглянул на Наташу и глазами осмотрел комнату, людей, будто обдумывая план атаки.

Юра напрягся, чувствуя волка внутри себя.

– Что случилось?
– спросил Алекс.

Женя хотел открыть рот, но Димитрий помешал, увидев напряжение волка.

Глаза Юры стали волчьими.

– Это не Алекс!
– сказал, наконец, он.

Наташа распахнула глаза и на красивом лице появилась улыбка. В своей голове услышала команду: "Пора".

Эмми покрутила одним запястьям, стирая кисть в кровь и чувствуя, как ослабела веревка.

В другой комнате Юра пристально смотрел на Алекса. Настало напряжение, Катарина пошатнулась назад вместе с Алисой, а Серена достала шприц с каким-то веществом.

Юра настаивал на своем, а Алекс спорил:

– Нет же. Это я.

– Неет, - произнес Юра.
– Я чувствую в нем Зверя, я чувствую животного в нем - инстинкт.

Димитрий приготовился к бою.

Алекс смотрел с таким выражением лица, словно говоря: "Как вы можете мне не доверять", но спустя пару секунды он резко изменился и ехидно улыбнулся. Глаза почернели, как и белки, отросли клыки и на лице появились черные вены.

– Мило, - сказал Зверь дьявольским голосом.
– Долго вы думали.

Катарина перепугалась, вспоминая, что Зверь с ней сделал в этом самом подвале.

Женя опешил, увидев за спиной родную сестру с луком в руках. Острие стрелы возле головы Зверя.

– Эмми, - воскликнула Катарина, ужасаясь, что он с ней сейчас сделает.

Но все изменилось в долю секунды. Стрела была направлена на них. Наташа и не думала нападать на Зверя, она защищала его от них. Она прекрасно знала, что он перебьет их всех и ему не составит труда это сделать.

Смотря на девушку, Димитрий озлобился.

Со стороны виска, бровь Наташи разбита, и ручеек запекшейся крови стекала по лицу. Руки девушку стерты в кровь.

– Не надо, - шепнула Наташа, смотря на Димитрия.
– Вы все узнаете, но позже, обещаю. А пока, - стрела вонзилась в плечо Катарины, она отлетела к стене. Димитрий успел сделать только шаг, новая стрела направилась в его сторону.
– Не надо, умоляю тебя.

Смотря на него, у нее выступили слезы, он смотрел на нее и понял, как ей больно.

Она направилась к двери, Алекс открыл дверь, и она спокойно вышла на ступени, он захлопнул дверь.