— Хочешь чашечку кофе?

— Нет, я иду домой.

— Ладно. Тогда, спасибо за пончики.

Я поставила помятую коробку на столешницу.

— Пожалуйста.

Рис уставился на меня, в его глазах была смесь злости и грусти. На самом деле я не знала, что с этим делать. Мною все еще владел гнев.

— Рис...

— Все нормально.

— Я не хочу, чтобы это повлияло на нашу дружбу.

Его плечи выпрямились.

— Нет. Конечно, не повлияет.

— Хорошо.

Не знаю, откуда это взялось, но мне захотелось обнять его. Ему было плохо, а я хотела, чтобы ему стало легче. Мама никогда не занималась утешениями с обнимашками, и я унаследовала этот талант, или скорее его отсутствие. Поэтому мои объятия были натянутыми, неловкими. Один раз хлопнув его по спине, я отстранилась к чертям подальше, прежде чем он смог среагировать. Можно сказать, неожиданная атака.

— Как прошло твое свидание? — спросила я.

— Ничего особенного. А чем ты занималась?

— Мал заказал ужин. Просто тихий вечер дома.

Как только я упомянула имя Мала, лицо у Риса стало сердитым. Было бы гораздо проще сопереживать ему, если бы от него не разило сексом, и он не вел себя, как придурок.

— Мне нужно идти, — сказал он. — Увидимся позже.

— Увидимся.

Я все еще долго стояла на месте, глядя ему вслед, даже после того, как закрылась входная дверь. Глубоко внутри я не злилась и не грустила. Возможно, просто немного была шокирована, узнав, что, в конце концов, Рис переживал за меня в этом плане. А как это скажется на жизни, я не имела ни малейшего понятия.

Когда Мал вернулся обратно, его длинные волосы были зачесаны назад. Белокурый цвет волос стал гораздо темнее из-за влаги, и контуры лица казались совершенными. Он надел джинсы и на вид мягкую, поношенную футболку с «AC/DC». Но ноги его оставались босыми. На его длинных пальцах слегка виднелись волоски. Аккуратные, квадратные ногти.

— Кофе? — спросила я, при этом наливая ему кружку. Что дало мне солидный повод оторвать взгляд от его явно обворожительных пальцев. Что такого было в босых ногах?

— Ага, спасибо. Твой маленький дружок-хипстер уже ушел?

Я поставила его кружку с кофе на столешницу, и он начал насыпать в него сахар из баночки. Одна, две, три ложки с горкой. «Должна же была вся эта энергия откуда-то браться», — предположила я.

— Рис ушел давным-давно, — подтвердила я, отщипывая кусочек пончика. Вкуснятина.

— Тяжело не заметить, что здесь осталась меньшая частица тебя.

— С чего это?

Мал сделал глоток кофе, глядя на меня поверх кружки.

— Ты ведешь себя как дуреха. Он тебе очень сильно нравится.

Я набила рот едой. Какая отличная отмазка, чтобы не отвечать. Если я буду жевать реально очень медленно, то смогу убить весь разговор на корню.

— Даже с теми безумными глазками, которыми ты смотрела на меня, я это заметил, — продолжил он. — Тебе повезло, что я не из ревнивых.

Я с трудом проглотила огромный кусок еды.

— Ты поэтому начал болтать о секс-приключениях?

Он засмеялся низким и издевательским смехом. Но над кем именно он посмеивался, я сказать не могла.

— Мал?

— Он заявляется сюда, весь такой свеженький после ночи бухла и траханья, ожидая, что ты ждешь его с распростертыми объятиями... Мне это не понравилось.

— Мы просто друзья.

Он отвернулся, облизнул губы.

— Энн.

Разочарование в его голосе меня задело. Мне хотелось оправдаться. Перевернуть стереотипы. Хотелось защитить себя. Но я даже не знала, от чего именно защищалась. Мал не нападал на меня. Его тихое замечание проскользнуло мимо моей бдительности так, как ни разу не удавалось Лорен со своими лекциями и требованиями.

— Дело в том, что вы оба хороши, — сказал он. — Дружбы между мужчиной и женщиной не бывает. Один из них обязательно влюбляется в другого. Факт из жизни.

— Да, он мне нравится, — признала я. — Довольно долго. Он э... он не испытывает того же ко мне.

— Может быть. А может, и нет. Ему определенно охренеть как не понравилось обнаружить меня здесь, — Мал поставил кружку и прислонился к краю выцветшей зеленой столешницы, оставив руки по бокам. Влажные волосы соскользнули на лицо, закрыв его. — Ты планировала использовать меня, чтобы заставить его ревновать?

— Манипулировать им и вести себя как дрянь по отношению к тебе? Нет, такого я не планировала. Но спасибо, что поинтресовался.

— Ну и ладно, — он пожал плечами. — И он тот еще идиот, который получил по заслугам. Надо же было заявиться сюда и вести себя так, будто ты ему что-то должна.

Я обвила себя руками.

— Мне жаль, что он нагрубил тебе. Я обмолвилась с ним словечком. Такого больше не повторится.

Он прыснул со смеху.

— Тебе не нужно меня защищать, Энн. Я не такая уж и неженка.