Джокер заметно оживился:

– Что это было?

– Гипердрайв, друг мой. Неужели ты думал, что путешествовать можно только через ретрансляторы?

Джокер остался глубоко шокирован тем фактом, что мы совершили гиперпрыжок. Через минуту он оттаял:

– Капитан? Э… предположим, есть такая технология… вы то откуда про неё знаете?

– Джокер… – повернулся я к нему, – если я тебе скажу, мне придётся тебя убить. А если учесть, что другого такого пилота мне не найти, лучше не спрашивай!

Моро оказался понятливым, хотя доверия ко мне это не прибавило. Ну ничего страшного, успеем ещё подружиться. Вот, сейчас покажу ему мастер-класс.

Врубив двигатели на полную мощность, я повёл корабль к омеге. Через десять минут корабль прошёл через скопление других кораблей и мне пришлось применить все свои навыки, что бы на скорости около пяти тысяч провести корабль через скопление других, виляя как заяц и выделывая безумные пируэты, манёвры уклонения…

Моро вжался в кресло, которое принёс с Нормандии и, судя по его виду, раза два успел попрощаться с жизнью – когда мы пролетели между двух транспортников, буквально в десятке метров. Для космоса это не расстояние, тем более для космических кораблей.

Фантом пролетел через силовое поле, обеспечивающее атмосферу омеге и я, финальным аккордом сближаясь почти со звуковой скоростью припарковал корабль лихим манёвром, остановив корпус всего в метре около мостков дока.

Джокер, белый, как мел, закрыл глаза и сглотнул. А то, мы ещё посмотрим, кто более сумасшедший пилот – Энакин Скайуокер или Джеффри Моро!

– Капитан? – тихо спросил он.

– Да, Джокер?

– Я… короче, не надо так больше пугать.

– Хорошо, не буду, согласно кивнул я, – знакомься с системами корабля и пилотированием.

Так как наш корабль не имел средств связи, следовало вручную оплатить простой. Эту миссию я сбагрил на Джейкоба, вручив тому оставшиеся деньги.

С деньгами выходила напряжёнка, срочно нужен был способ получения средств. На финансирование цербера надеяться не стоит – «Нормандию» я бросил на произвол судьбы и окончательно брошу после того как получу себе Гарруса и Солуса – двух ценнейших членов экипажа. Особенно Солус был ценен ввиду того что редко быстро живущие саларианцы доживают до такого почтенного возраста.

Мне нужны были деньги. Пара тысяч, конечно, хватит, что бы прокормиться, но недостаточно что бы предпринимать экспедицию. Изначальный план – воссоздать бизнес «далёкой-далёкой» в этой галактике нуждался в корректировке – стартового капитала не было.

Зато у нас был крутой корабль!

Времени что бы наёмничать не было. Можно по идее, начать поиск и добычу ценных ресурсов и исследования планет на предмет ценностей, но это требовало постройки СЗР «Страж», так как только его сенсоры могли «видеть» на несколько тысяч световых лет, а при поиске планет… это главное – не так то просто найти в космосе по сигнатуре нужные планеты. «фантом» для этих целей не подходил.

В состоянии задумчивости я и вышел в кают-кампанию, где обитал Джейкоб.

– Капитан? – спросил он удивлённо.

– Джейкоб, не знаешь, где можно заработать денег? Много денег.

– Если бы я знал, сэр, я бы сейчас жил на Иллиуме в кампании местных красоток, – ухмыльнулся солдат. Впрочем, солдатское счастье оно такое.

– В таком случае, надо сильно думать, – сказал я, садясь на диван.

– Корабль? Или давай тебе имя что ли придумаем? – Обратился я к искину.

– Не возражаю, – сообщил искин.

– Будешь Николя. В честь одного политика.

– Не возражаю, – та же безэмоционально ответил корабль.

Что бы продать что-нибудь ненужное, нужно купить что-нибудь ненужное, а у нас на это кредитов нет.

Отвлечься от безденежья можно было работой над СУЗИ, вернее её мобильной платформой. Металла у меня хватало, с Корлуса я прихватил солидный запас всех материалов, что использовались в корабле. Электроника, неиспользованная, есть. Главным компонентом для создания искусственного скелета выступал титан, а для мышц – никель и титан. Этот метод был открыт ещё на земле, но не использовался в роботостроении, несмотря на чудовищную мощность таких мышц, которые при достаточном напряжении могли как быстро так и плавно сокращаться с силой в тысячу раз больше, чем у человеческих мышц.