— Но ведь я когда очухался в первый раз, ты уже была в соседней комнате.

— Ну, ты не сравнивай. Я все-таки Мастер Времени, мне привычно. А тебе понадобилось больше…

— Слушай, а ведь я тебя знаю!

— Да неужто? — кокетливо улыбнулась Ли, но сразу как то погрустнела.

Она прошлась по комнате, поправляя прическу, явно имитируя ходьбу по подиуму демонстрации одежды.

— Розы? Ресторан? Танцы? — она улыбнулась, стоя в пол-оборота спиной. — Конечно… танцы!

И тут она совершила нечто совсем из ряда вон выходящее. Она прыгнула с пола вверх, сделав полусальто, оттолкнулась от потолка ногами и приземлилась на кончики растопыренных пальцев. И только потом, спокойно и медленно, согнувшись в поясе, опустила ноги обратно на пол. Что бы вы сказали на моем месте, увидев подобное? А? Уверен, ничего. Хм… Я поступил также. Моя изумленная рожа сама обо всем говорила.

— Да, ухажер я для тебя неважный, — заметил я.

— Все это игрушки для того, у кого здесь — она подошла быстро ко мне и постучала пальцем по лбу, — не существует разницы между верхом и низом.

— Но ведь они есть! Эти самые верх и низ! — настойчиво и по возможности убедительно пискнул я.

— Есть все! Вообще все! Вопрос только, в каком виде. Или верх и низ у тебя в голове, а снаружи нет ничего, либо верх и низ снаружи, а ты — ничто. Кто может стоять на потолке? Никто! Тогда тебе придется стать никем, то есть ничем в данном случае. Ты просто сильно себя с чем-то ассоциируешь!

— С чем? — странно, но я начинал ее понимать.

— Со всем вокруг!!! Ты — не то, ты — это! — и она опять стукнула меня в лоб.

— Хватит драться! — возмутился я.

— Ну, что у нас тут? — пошарпаная дверь скрипнула, и вошел Сан Саныч.

— В первый раз, в первый класс… — ухмыльнулась Ли.

— Училка, блин… — засопел я, надувшись.

— Э, друг, мы тут не эльфы, и капюшончиков у нас нет! — Сан Саныч развел руками.

— Каких капюшончиков? — ум мой опять засомневался в моей дееспособности.

— Он не помнит про капюшон! — обиженно протянула Ли и еще больше погрустнела.

— Обычай эльфов, — по серьезному выражению Сан Саныча я понял, что речь идет не о детских сказках, — прятать свое лицо, когда проявляется обида, либо какая-нибудь из подобных Низших Эмоций. Лицо настоящего воина всегда открыто и показывает миру, что он честен, храбр и сердце его полно огня. И если воина одолевают Низшие мысли, он прячет свое лицо, ибо ему стыдно пред миром. А эльфы — лучшие из воинов.

— П…п…понятно… — изрядно напугавшись, произнес я.

— Надеюсь. — Сан Саныч криво улыбнулся, — далее проще. Останешься пока здесь. Вещи привезем, еда будет. На работе ты заменен.

— Заменен??? — такой подготовленности я не мог поверить.

— Понимаю твое изумление и принимаю это как комплимент. Да, мы состряпали тут неплохого музыканта твоим друзьям по-быстрому и без шума. — Он опять улыбнулся, уже более дружелюбно. — Не волнуйся, он не испортит ничего в твоих партиях за время твоего отсутствия.

— У нас мало времени, — засуетилась Ли.

— Обувайся! — бросил Сан Саныч, выходя из комнаты.

— Обуваться??? Я чуть не умер, и уже обуваться???

— Да, обуваться. — Взгляд Ли стал холодным, как ледяное крошево в весенней воде. — Нам нужно многое успеть. И есть, видимо, кое-кто, кто хочет помешать нам.

— Мне??? — похоже, запас моего удивления на сегодня еще и не думал кончаться.

— Тебе. Ты — ключ. И если не успеешь своим ключиком воспользоваться, нам всем придется туго.

— О-кей! — я потихоньку стал опускать ноги с кровати.

— Я жду тебя на выходе. — Ли вышла.

Меня вывели гулять. Было свежо. Вчера я наслушался такого, что сегодня хотелось вовсе забыться заснуть как медведь в берлоге, и чтоб проснуться — а все уже кончилось. Но чутье мне подсказывало, что все только начинается.

Сан Саныч вчера говорил о Гармонии Мира, о Равновесии Сил и об Узоре, который связывает многие различные части в единое целое. В Систему. В отдельно взятую Систему, ограниченную правилами и законами, в которой может существовать что-то упорядоченное. В мир, дорогие мои, как вы его себе всегда представляли, да и я вместе с вами, последние годы. И вот, выясняется теперь, что этих миров хренова туча, и что все они отделены какими-то Барьерами, и что все, что вы знали о своем мире за своим окном — полная ерунда. Фокус, не более.

Каждая часть рассказа Сан Саныча вскрывала во мне часть льда, под которым дремал, по моим ощущениям, жуткий зверь моего прошлого. Далекого прошлого…

Я шел по тротуару вдоль витрин магазинов, а Сан Саныч и Ли шли по обе стороны, чуть сзади меня. Я знал, что не могу столкнуться ни с одним прохожим, знал и то, что пока мы вот так идем, зеленый свет всегда будет гореть в светофорах на моем пути. Я шел в коридоре, который видел только сам. Вчера Сан Саныч помог мне вспомнить, как я это делал. Именно делал. Теперь я знал, что я это умел делать всегда, да еще как!… Лучше всех из нашего выпуска.