– У тебя нет разрешения сидеть там, - огрызнулся Сандор, выходя из своего укрытия в тени.

– Со Стиной я могу справиться, Сандор, - Софи повернулась, чтобы взглянуть на девочку рядом с ней.
– Чего тебе?

– О, ну не знаю, - Стина посмотрела на Фитца с лукавой улыбкой.
– Я не помешала, нет?

– Вообще-то помешала, - сказал ей Фитц.
– Я разговаривал со своей подругой.

Софи знала, почему он выделил это слово, но оно по-прежнему жгло... почти так же сильно, как и дурацкий синяк на ее запястье.

– Да, но в любом случае, в чем дело?
– спросила Стина.
– Я имею в виду, я понимаю, почему эти двое здесь отсиживаются, - она указала на Дженси и Мареллу, которые вместе смотрели на ее.
– Просто они такие же неудачники как и она.
– Стина показала на Софи.
– Но вы, ребята, обычно были такими классными. А теперь?
– Она повернулась к двум своим дружкам со спутанными волосами, которые стояли позади и, не впечатленные, пожимали плечами.

– Думаешь, меня заботит, что ты думаешь?
– спросила Биана.

– Следовало бы, - щелкнула Стина.
– То есть, взгляни на себя. Держу пари, сейчас ты чувствуешь себя такой особенно просто потому, что проявила способность.

– Ох, я проявилась раньше тебя, - напомнила ей Биана, снова исчезая, чтобы придать эффектности.

Стина стиснула зубы, но только на секунду.

– Подумаешь. Способности не настолько важны, насколько о них говорят.

– Это тебе говорит твой отец?
– присоединилась Марелла.

– Даже если и так? Посмотри на свою семью - оба родителя с особыми способностями, а вы по-прежнему за столиком неудачников.

– Единственный неудачник здесь - это ты, - прорычал Дженси.

– Продолжай говорить это себе, - Стина повернулась обратно к Фитцу и Биане.
– Вы не понимаете, что теперь говорят о семье Васкеров? Они называют вашу семейку изменниками.

– Изменниками?
– повторил Фитц.
– С чего ты это взяла?

Стина откинула свой курчавый локон.

– Просто. Вы проводите все свое время, помогая врагу.

Фитц засмеялся, его хмурый вид сменился жалостью.

– Софи нам не враг.

– Ты в этом уверен?
– Стина сосредоточила взгляд на Софи, блеск в ее глазах был такой холодный, как и улыбка.
– То есть, ты отказалась излечить чрезвычайно опасного преступника?

– Ты уверена, что не хочешь, чтобы я вышвырнул ее?
– вновь предложил Сандор.

– Нет, я в порядке, - сказала Софи, ее голос эхом разносился по внезапно затихшему залу.
– И Прентис не преступник.

– Рассказывай это охране в Изгнании, но я не его имела в виду. Мой папа сказал мне, что ты собираешься излечить Финтана. И, оу, разве он не имеет ничего общего с теми пожарами несколько месяцев назад?

– Как ты это узнала?

Насколько Софи знала, вся эта информация была засекречена.

– Я буду рассматривать как ответ «да», - самодовольно произнесла Стина.

– А ты не забываешь, что Софи была единственной, кто помог остановить те пожары?
– спросил Фитц.
– И я уверен, что Совет приказал излечить Финтана.

– Правда? Все знают, что Члены Совета не понимают, что делают - с тех пор, как она делает успехи. Их нужно сместить, примерно шестьдесят процентов из них.

– Довольно!

Все головы обратились к Даме Алине, которая шагала прямо к столику Софи. Ее покрытая рубинами мантия издавала свист при каждом шаге, и это был единственный звук в зале. Она откашлялась, когда подошла к их столику.

– Мисс Хекс. Клеветническим заявлениям о Совете не место в этой школе!

– Я не...

– Я знаю, что я слышала. И я никому не позволю порочить наших лидеров - или одну из наших наиболее выдающихся дворянских семей - под своим надзором. Это. Понятно?

Стина встала, ее тощее тело было почти такого же роста, как и Дама Алина. Но она не стала спорить. Но и не согласилась. Она просто жестом показала своим прихвостням следовать за ней и ушла прочь.

– Вы заработали себе неделю наказаний, - крикнула ей вслед Дама Алина.
– И вы можете не сомневаться, что я сообщу вашим родителям.

Софи сомневалась, что Вику и Тимкина это заботило. Она слышала, как они говорили кое-что и похуже.

– Отлично, шоу окончено, - сказала Дама Алина, хлопая в ладоши и призывая всех вернуться к их обедам.
– И Мисс Фостер, - добавила она, достаточно громко, чтобы услышали все.
– Если кто-нибудь скажет подобное снова, я жду, что вы сообщите мне. То же самое касается каждого из вас.