– Какой же? Мы с радостью на него ответим, если это будет в наших силах.

– Ваш флаг… какова его история?

– Это наследство Византии. Две с половиной сотни лет назад наш великий князь взял в жены племянницу последнего христианского правителя Константинополя – Софью Палеолог. Что стало важным шагом на пути объединения восточных славян в единое государство. Их сын стал первым царем России, под благословленным символом золотого двуглавого орла. Сама Софья назвала Москву Третьим Римом! С тех пор много воды утекло. Но наш нынешний Государь, Петр Алексеевич, после явления ему апостола Петра в отрочестве, поклялся освободить древнюю христианскую твердыню от попрания ее неверными. С тем намерением и утвердил этот флаг, который с тех пор надлежит употреблять всюду, где присутствует Россия.

– Третий Рим? – тихо переспросил Рамон.

– Да, ваша светлость.

– Удивительно… – покачал он головой. – Впрочем, обет, данный вашим правителем, достоин уважения. Но что привело вас к нам?

– Вы известны как непримиримые борцы с исламом вообще и Османской империей в частности. И мы хотим обменяться посольствами, дабы вместе и согласованно с ними бороться. Петр Алексеевич ежели обещал что своему духовному покровителю и наставнику, не отступит. И ныне, да будет вам известно, наша шхуна прошла через Босфор и Дарданеллы, отметилась в виду Стамбула и добралась к вам. Ни один корабль султана не мог ее остановить. Она оказалась слишком быстра и подвижна для того, чтобы османы смогли по ней попасть из своих огромных пушек или догнать галерами.

– Вы серьезно? – удивленно вскинул брови Великий магистр.

– Полностью, ваша светлость. Или вы думаете, османы пропустили нас доброй волей? К сожалению, неугодные ветра и сильное течение не позволят нам пройти тем же путем обратно.

– Вы прошли без боя?

– Отчего же? Несколько ядер из малых кулеврин [28] в нас попало. Даже одного матроса убило. Но и мы османов пощипали изрядно.

– Это ведь настоящий подвиг! – покачал головой Великий магистр. – До вас подобного никто не проделывал.

– Просто потому, что не пытался, – пожал плечами капитан. – Османы прогнили, обрюзгли и ослабли.

– Странно… – продолжил с недоверием смотреть Рамон. – Странная прогулка. Хм. Как скоро ваш государь планирует начать войну против Порты?

– Это мне неизвестно. Мы до конца не верили в то, что наше предприятие удастся. Думали, что османы крепче стоят на своей земле. Потому мне доверили лишь предложить вам обменяться посольствами. Нет смысла рисковать раскрытием планов и договоренностей перед лицом султана.

– Хорошо, друг мой, – благожелательно кивнул Великий магистр. – Мы с радостью примем предложение вашего царя…

Почему Мальтийский орден так охотно пошел навстречу? Потому что прорыв через черноморские проливы был чем-то совершенно невероятным в глазах современников.

Узкий извилистый фарватер с весьма опасным течением и ветрами. Многочисленные крепости с могущественными бомбардами, одно каменное ядро которых может поставить точку в жизненном пути любого корабля тех лет. Не говоря уже о том, что Босфор и Дарданеллы стерегут галеры с досмотровыми партиями. Иными словами, для современников весь проход по проливам был не чем иным, как сущей авантюрой на гране фантастики. Но не для русских каперов.

Дело в том, что на шхуне располагались нарезные стомиллиметровые орудия, заряжаемые с дула стальными гранатами с ударным взрывателем. Аналоги знаменитых Parrot Rifle XIX века. И они давали просто чудовищное преимущество, так как били в несколько раз дальше самых могущественных бомбард и пушек. И точнее. Раздельно-картузное заряжание позволяло стрелять много чаще любых орудий тех лет, выдавая по выстрелу каждые полминуты. А пусть и примитивная, но оптика и дальномер давали возможность очень быстро и довольно точно определять дальность. То есть корректировать огонь, добиваясь серьезного повышения точности боя.

Иными словами, шхуна могла бить врага с той дистанции, с которой никто не мог до нее дотянуться. Даже теоретически. А могущество стомиллиметровой стальной гранаты с ударным взрывателем было поистине чудовищным. Ведь столько пороха имелось только лишь в первых крупнокалиберных гранатах – бомбах, что едва-едва появлялись на свет.

Кроме того, против османов играло еще и то, что их гигантские бомбарды, представлявшие основу береговой обороны проливов, хоть и стояли в крепостях, но… Во-первых, крепости были средневековые и совершенно не приспособлены для артиллерийского боя. То есть не держали обстрел даже обычных пушек тех лет. Да и мест для размещения артиллерии имели мало. Большая же часть куртины и башен подходила только лишь обычной пехоте. Во-вторых, бомбарды были сосредоточены на открытых батареях, что делало их легкой добычей. Так как достаточно одного лишь осколочно-фугасного снаряда, разорвавшегося на позициях, чтобы подавить всю батарею на срок, достаточный для спокойного прохода корабля. В-третьих, громады бомбард оказались чудовищно неповоротливы не только в горизонтальной плоскости, но и в вертикальной. Что затрудняло прицеливание даже при неспешном ходе шхуны.

Поэтому капитан каперской шхуны никуда не спешил и аккуратно, спокойно, с толком и расстановкой шел по проливу. Со всеми предосторожностями. Своевременно подавляя батареи береговой обороны с запредельной для них дистанции и углов. Как и галеры, что пытались его перехватить. Ведь им тоже было в целом достаточно «одной таблетки». Хлипкие гребные посудинки просто не были предназначены для противодействия осколочно-фугасным снарядам, которые легко пробивали их борт и взрывались в утробе.

Единственной сложностью были боеприпасы. Но их выдали тройной боекомплект. Так что капитан не переживал сильно. Не со всем же османским флотом он тут встретится, в самом деле…