– Что это? – Он заглянул через мамино плечо. – Откуда мясо?

– Каллум принес оленины, – ответила миссис Рейес, вернувшись к плите.

Я удивленно посмотрела на Каллума:

– Ты ходил на охоту?

– Ну да, сейчас, – фыркнул он. – Это мне Айзек дал за помощь на строительстве.

Я кивнула. Мы с Каллумом занялись восстановлением Остина, после того как я наотрез отказалась патрулировать улицы или уехать из города в глубинки Техаса, чтобы оценить тамошнее положение. Хотя многие рибуты – и даже некоторые люди – с воодушевлением ухватились за такую работу. Я этим больше не занималась. И никого не тренировала. Когда-то мне это нравилось, но теперь претила сама мысль о боевой подготовке рибутов. Хватит, навоевалась.

Мне даже не захотелось носить пистолет, а потому я отдала все оружие Адди несколько дней назад. После того как я решила не убивать офицера Майера, мир изменился. После убийств я всегда испытывала смутное чувство вины, словно оно подразумевалось, но в действительности отсутствовало. Но когда я не убила его, я вдруг ощутила гордость, как будто это решение было всецело моим.

А когда рассказала Каллуму, он посмотрел на меня как на героиню, и я поклялась никогда не брать в руки оружие.

– А оленина съедобна? – с сомнением спросил Дэвид.

– Понятия не имею, – ответил Каллум, уселся за стол и пригласил меня сесть рядом.

– Да, – сказала я, опустившись на стул. – Мне нравится.

Мама Каллума как будто пришла в восторг, хотя я не поняла от чего.

Дэвид плюхнулся напротив меня, поедая нас взглядом.

– Выбрал, где обосноваться? – спросил он у Каллума.

– Пока живем в филиале – пусть сначала починят высотки. Я снял местечко неподалеку от того, где будут Рен и Адди.

Его отец озабоченно посмотрел на нас:

– Ты уверен? Там не так уж приятно жить.

– Все лучше, чем в филиале КРВЧ, – рассмеялся Каллум. – К тому же в трущобах не так уж плохо. Особенно теперь, когда там не рыщут офицеры.

– Ты ведь знаешь, что вы можете поселиться и здесь, – мягко напомнил мистер Рейес.

Я знала, что он предложил Каллуму вернуться, а тот отказался. Заявил, что это нелепо и у него разовьется клаустрофобия, так как он уже привык жить сам по себе. Я его понимала. Сейчас мы жили отдельно, приспосабливаясь к жизни вне стен корпорации, хотя в дальнейшем, наверно, будем чаще вместе, нежели врозь. У меня все равно была своя комната, первый раз в жизни, и это явилось занятным новшеством.

– Нам и так хорошо, – улыбнулся Каллум отцу. – Но спасибо.

Уже стемнело, когда мы возвращались от его родителей. На улицах почти не было прохожих. Каллум обнял меня за талию и чмокнул в макушку.

– По-моему, я им немножко понравилась, – сказала я, подняв на него глаза.

– Так и есть, – рассмеялся он. – Оно и не удивительно.

Нагнувшись, он поцеловал меня, и мы пошли дальше, держась за руки.

– Сегодня прибыла новая партия рибутов из резервации, – сообщила я.

– Да ну?

– Вот тебе и ну. Пока наш порядок здесь им не очень понятен, но, думаю, он получше, чем у Михея, – рассмеялась я. – Посмотрел бы ты на физиономию Тони, когда он увидел младенца-рибута! Небось до сих пор не оправился.

– Может быть, кто-нибудь из них поможет нам в Капитолии. На всех заседаниях правительства из рибутов бываю только я да еще один.

– Сам виноват, что запросто сходишься с людьми, – усмехнулась я.

Он скорчил недовольную мину, но я-то знала, что ему нравилось заниматься формированием правительства, куда войдут и рибуты, и люди.

Мы подошли к школе. Перед входом прохаживалось несколько рибутов и людей. Вообще, в Остине стало меньше народу, после того как многие решили вернуться в родные города. Кое-кто из людей подался в Нью-Даллас, где рибутов почти не было. Тони сказал, что желающих нашлось немало. Я не удивилась. Глупо рассчитывать на то, что все люди будут прыгать от радости оттого, что им представилась возможность жить бок о бок с толпой рибутов.

На пустой площадке перед зданием КРВЧ горел костер, который разводили каждый вечер с тех пор, как мы вернулись из Розы. Рибуты собирались там почти всегда, а иногда приходили и люди. Сегодня у костра была Адди, Гейб стоял рядом, обнимая ее за плечи.

При виде нас она улыбнулась, вскочила и потянула Гейба за собой.

– Как прошел обед?

– Нормально. Олениной кормили.

– Я не об этом.

Я с улыбкой закатила глаза:

– Все было хорошо. Я вела себя прилично.

Каллум сделал жест: мол, так себе, и я шутливо толкнула его в плечо. Он захохотал.

Уловив какое-то движение, я глянула в сторону и увидела Хьюго, который направлялся в филиал с каким-то рибутом. Оба были мрачны.

– Я сейчас вернусь, ладно? Пойду проверю, как там новички.