Над ними мелькнул силуэт сокола, шериф почесал подбородок и заметил:

— Знаете, я вспомнил: есть все-таки один тип, живущий в лесу неподалеку отсюда.

Бролен повернулся к нему.

— Он мог бы быть мне полезен, я бы хотел задать ему несколько вопросов, — сказал он. — Как его зовут?

— Лиланд Бомонт. Я сразу не подумал о нем, поскольку он самый обычный парень. И только увидев сокола, я про него вспомнил. Он обожает соколов. Да и вообще любых хищных птиц, я точно знаю, что он их дрессирует, использует эти свистки… манки, чтобы подзывать их.

— Клик, — поправил шерифа его помощник, незаметно подошедший к ним. — Для дрессировки хищных птиц используют свисток, который называется «клик».

— Мне кажется, вы хорошо в этом разбираетесь. А вы знаете Лиланда Бомонта? — спросил Бролен.

— Ну, не то чтобы. Я несколько раз видел его на полях, когда он занимался своими птицами; именно мне приходится выгонять его оттуда, если на него жалуются фермеры.

— А этот Лиланд, чем он зарабатывает на жизнь? — уточнил Бролен.

— Выполняет всякую мелкую работу. Но его страсть — дрессировка птиц и скульптура.

Бролен озадаченно переспросил:

— Скульптура? И что же он ваяет?

Помощник шерифа пожал плечами.

— Не знаю, кажется, что-то странное… Ему нравится лепить руки.

Бролен остановился как вкопанный. Шериф и его помощник смотрели на него так, словно перед ними возникло привидение.

— С вами все в порядке, инспектор? — забеспокоился шериф.

— Отвезите меня к этому Лиланду Бомонту и вызовите еще одну машину. Думаю, мы на правильном пути.

Издав над их головами долгий пронзительный крик, сокол пропал за деревьями.

Лебедка скрипнула в последний раз, и мускулистая рука схватила девушку за ремень джинсов. Она задрожала. Незнакомец, собиравшийся было отцепить крюк, вдруг остановился. Через вырез рубашки он заметил ее дрожь. Мягким жестом он протянул руку и положил ладонь Джульет на бедро. Дернувшись, она невольно застонала. Дрожь все никак не унималась. Ладонь стала медленно подниматься по ее телу вдоль позвоночника и замерла между лопатками. Он услышал, как девушка с трудом сглотнула. Иштар, вот как ее звали — так она ему сказала. Все их беседы в Интернете были преамбулой к этому мгновению — мгновению их встречи. Теперь они смогут по-настоящему открыть друг друга. Узнать друг друга. Войти друг в друга. Подумав об этом, он ощутил сильнейший прилив адреналина, его член начал твердеть. Девушка дрожала уже не так сильно, но все еще заметно.

— Тебе страшно? — спокойно спросил он.

Она несколько секунд молчала.

— Да… Но я же вам ничего не сделала… — наконец прошептала Джульет.

На лице мужчины появилась улыбка.

— Сделала.

Его голос был мягким и хорошо поставленным. Но Джульет не обманывалась на сей счет. Он был способен на что угодно, говорил неестественно, играл с ней.

— Ты меня соблазняла, — возразил он. — Вспомни, какие слова ты писала, все эти фразы, появлявшиеся на экране моего компьютера. Ты сама попросила меня, чтобы я тебя похитил. Я — твой принц.

Теперь никаких сомнений не осталось. «Этот человек — законченный псих, — подумала Джульет, — он болен».

Он убрал руку с ее спины, и Джульет растянулась на полу комнаты. Это было длинное темное помещение с верстаками, заваленными различными инструментами. Чуть в стороне стоял пикап. К металлической балке наверху были прикреплены две гаражные лампы, и их свет выхватывал из темноты странную обстановку мастерской. Руки. Их было здесь никак не меньше тридцати, можно было подумать, что это слепки, хотя некоторые из них казались слишком грубыми. Застывшие в невероятных положениях, все эти руки были вылеплены из глины.

— Знаешь, я приготовил нам поесть. И немного вина.

Джульет повернула голову, чтобы лучше разглядеть своего похитителя.

Это точно был он, человек, предложивший ее подвезти. Но сейчас в нем не было ни капли привлекательности. Он был растрепан, волосы торчали во все стороны, как солома. К тому же он был небрит и одет в простой комбинезон автомеханика с длинной застежкой-молнией спереди.

Увидев, что Джульет разглядывает его, он тихо извинился:

— Знаю, я выгляжу не очень представительно, но сейчас я все приведу в порядок. Мне жаль, но эта одежда — самая практичная из всего, что… что… ну, сама увидишь…

Он широко улыбнулся, и Джульет почувствовала, как от страха у нее в жилах стынет кровь. И что хуже всего, она увидела, что он гладит свою промежность через ткань комбинезона. Его взгляд стал ледяным и жестоким, и Джульет поняла: он продолжает играть с ней. Ему нравилось постепенно нагнетать напряжение, говорить шепотом. Он забавлялся с ней, как кошка с мышью.

— Просто с ума сойти, что можно сделать с помощью Интернета в наши дни. Нажми несколько клавиш и найдешь все, что угодно, даже настоящее имя какой-нибудь богини, — произнес он, обнажив идеальные зубы.