Антон скользнул глазами по присутствующим. На секунду ему показалось, что на лице Чубенко мелькнула злорадная ухмылка. Киун же сиял, как медный грош.

– Ну, вот суд и решил, – хихикнул он. – А воля суда священна. Так что давай, парень, клади на пол мечи. Оно, конечно, несладко свободу в молодости терять, но все лучше, чем голову. Тебе отсюда не уйти. Со мной четверо моих лучших людей. Во двор еще сейчас десяток вышел. В доме еще десятка два. Ну, а если даже прорвешься, в городе тебя внешняя стража встретит. Там и ритер не пройдет. А за неподчинение, сам слышал, смерть. Так что давай, разоружайся…

Ритерские мечи словно сами влетели в руки Антона. Он шагнул на начальника стражи, но тот с завидным проворством отскочил к стене.

– Убейте его! – испуганно взвизгнул судья.

Словно некий зверь, мощный, быстрый и яростный, проснулся в Антоне. Почувствовав приближение стражников, парень резко развернулся, отшагнул влево, парировал выпад правым мечом, а левый глубоко воткнул в тело противника. Второй стражник на секунду замешкался, и это стоило ему жизни. Вынырнув из-под еще не успевшего упасть первого стражника, Антон левым мечом отодвинул его оружие, а правым вспорол живот. Выработанные на тренировках рефлексы не подвели. Тело словно само выбирало нужное движение.

– Зови Ариса! – завизжал в ужасе прижавшийся к стене судья.

За спиной Антона, пригнувшись, скользнул к двери писец. Следом за ним, как ни странно, выскочил Киун. Впрочем, парню было не до них. На него надвигалась вторая пара стражников. Мечи снова встретились. Отвод, контрудар, скользящий шаг с вытягиванием противника назад, обвод оружия и второй контрудар. И вот еще два тела падают на каменный пол.

Неожиданно Антон обнаружил прямо перед собой оцепеневшего от ужаса судью.

– Так это ты Таню судил? – холодно спросил он.

– Она была уличена… – пискнул судья.

Договорить он не успел, поскольку короткий удар меча в одно мгновение оборвал его жизнь. Выполнив акт мщения, Антон шагнул к двери, но остановился на полпути. Что-то мелькнувшее на периферии зрения привлекло его внимание. Ах да, Чубенко. Антон направился к бывшему чиновнику.

Как только пытавшийся вжаться в стену и стать как можно более незаметным Владимир Гермогенович понял, что его заметили, его лицо тут же расплылось в льстивой улыбке.

– Антоша, ты же не будешь… – пролепетал он.

– Давно надо было, – ответил Антон, нанося удар.

В коридоре никого не было. Впрочем, Антон прекрасно понимал, что у выхода его ждет устроенная Киуном засада. В надежде, что есть второй выход, парень двинулся в глубь коридора. Там действительно оказалась лестница, ведущая наверх и заканчивающаяся узкой дверью. Поднявшись по ней, Антон прислушался. Снаружи было тихо, и это настораживало больше всего. Этот выход должен был находиться буквально в трех десятках метров от первого. После того как во двор выбежали писец и Киун, там не могла не подняться суматоха. И если за дверью было тихо, то это, скорее всего, означало, что противник изготовился к бою. Впрочем, выбора не было.

Антон толкнул дверь и тут же оказался лицом к лицу с пятью стражниками. Двое из них держали зажженные факелы, остальные приготовили копья. К счастью, беглеца здесь они, кажется, не ожидали, и преимущество внезапности оказалось на стороне Антона. Поднырнув под копья, он ринулся на врагов. Обескураженные внезапной атакой и лишенные преимущества дистанции, они отпрянули назад и выхватили мечи. Однако выигранного времени Антону хватило, чтобы рвануть вдоль стены от преследователей и, воспользовавшись темнотой, укрыться среди штабелей ящиков, сложенных в дальней части двора.

Крики незадачливых стражей привлекли остальную охрану, которая, как и предполагалось, собралась у главного выхода из подземелья. По двору метались факельщики и бойцы, вооруженные копьями и мечами. Украдкой выглянув из своего укрытия, Антон прикинул, что его ищет не меньше двух десятков человек. Похоже, в суматохе его потеряли из виду. Впрочем, ждать, когда стражники проверят пространство за штабелями, явно оставалось недолго.

Антон прикинул расстояние до ворот на улицу. Если факельщики соберутся в дальней части двора, туда, пользуясь темнотой, можно будет пробраться вдоль стены, укрываясь за коновязью и кипами сена. Но там, у самого выхода, в свете укрепленного в стене факела поблескивали мечи двух стражей. Вход во дворик, отделявший женскую половину, напротив, не охранялся. Но расстояние до него было вдвое больше, да и пробираться пришлось бы по открытому пространству. Это почти не оставляло шансов остаться незамеченным. И все же Антон решил рискнуть. Ведь вряд ли удастся еще раз так легко пробраться в дом Леодра. Ясно, что Антона теперь будут искать и люди купца, и власти Неса. Сейчас или никогда. Второго шанса спасти Таню не будет. Вот только факельщики сместятся чуть подальше от штабелей и…

– Ну?! – нетерпеливо бросил куда-то в темноту остановившийся у штабелей Киун.

– Нигде нет, – подскочил к нему один из стражников.

– Вот зараза! Черемыш на женскую половину ушел?

– Ушел. Да какой дурак туда пойдет?

– Парень горяч. К телке своей пробиваться будет. Знает, что другого случая не представится. Ты сказал, чтобы, как появится, били наверняка? А то прыток он уж больно.

– Сказал. С ними Саля со своим луком. Этот не промахнется. Как вор в коридор зайдет, так и конец ему.