Дед вернулся на завод, стал его восстанавливать. Деду дали «план». Как тогда говорили, план – это приличный земельный участок в пятнадцать соток. Они начали строить дом. Кирпича для строительства практически не было, поэтому строили из самана. О том, как строили, Фёдору рассказывал и отец: на участке готовилось место под замес самана – землю снимали до глины. Затем глину тоже выкапывали и добавляли в неё солому и конский навоз. Делалось всё это слоями, поливалось водой, а после этого перетаптывалось конскими ногами, чтобы глина, солома и конский навоз перемешались между собой. На следующее утро знакомые, друзья и родственники собирались делать саман. Всю эту перемешанную массу нужно было лопатами закладывать в форму и на лошадях отвозить к месту просушки. Этим занимались мужчины, пока женщины готовили еду. Обед был лёгкий, но сытный.

После него люди продолжали работать. Зато ужин был плотный и с выпивкой. Люди отдыхали и плотно ужинали. А после пели песни под гитару и гармошку. После того, как саман высыхал, из него можно было строить дом. Таким образом дед Фёдора и построил дом, где потом жил его отец да и сам Фёдор до того, как уехал в Ленинград. Коммуникации в то время ещё не были проведены, а потому ни водопровода, ни электричества в том доме не было. Дед построил во дворе бассейн, в котором собиралась дождевая вода. Электроэнергия была в дефиците, подвели её к дому гораздо позже, а потому освещали дом керосиновыми лампами. К моменту рождения Фёдора резервных водоёма было уже два. Была также и электроэнергия, но бассейны всё равно использовались. По вечерам прогретую дневным солнцем воду использовали для полива огорода. А огород был приличный – пятнадцать соток. В нём выращивалось всё, начиная от ягод, заканчивая овощами и фруктовыми деревьями. Всё требовало воды, всё требовало полива. Дед с отцом придумали полуавтоматический полив: проложили трубы от бассейна к огороду. Достаточно было открыть кран, и происходил полив грядок или деревьев.

Подрастал тем временем и Федька…

Федька любил купаться в бассейне. С этим бассейном для него связана ещё одна важная в его жизни история. Через четыре дня после рождения Федьки у соседей тоже родился ребёнок – девочка. Её назвали Верой. Родители Фёдора были общительными и дружелюбными, а потому Федька и Верка познакомились чуть ли не с рождения. Соседи с дочкой часто заходили к родителям Фёдьки, и детям разрешали купаться в бассейне. Сохранилась даже фотография, где Фёдя и Вера нагишом стоят в бассейне. Они дружили, вместе росли, вместе бегали на пруд купаться.

Фёдор хорошо помнил, как Верка в один день пришла купаться в бассейн в майке. Федьку это удивило.

– Ты чего в майке лезешь, снять забыла? – засмеялся он.

– Ничего я не забыла! Бабушка мне сказала, что девочке неприлично без купальника купаться при мужчинах и мальчиках.

– Чего это тебе неприлично?

– А то, что у меня груди растут!

Федька недоверчиво посмотрел на неё.

– С чего ты взяла, что они у тебя растут? Какие были, такие и есть, – сказал он, осмотрев грудную клетку Верки.

– А вот, потрогай!

Она подняла маечку, выставила ему грудь. Федька прикоснулся, и то ли ему стыдно стало, то ли что-то другое, но он быстро отдёрнул руку. Под пальчиками он почувствовал что-то нежное и тёплое, но при этом плотное. То же самое он почувствовал недавно, когда на чердаке обнаружил воробьиное гнездо. Он залез туда рукой и нащупал там маленького ещё не оперённого птенчика. То же самое он почувствовал, прикасаясь к Веркиной груди. Он одёрнул руку и смущённо опустил глаза.

– Ну что? Убедился? – заулыбалась Верка.

Федька незаметно левой рукой потрогал свою грудь, но ничего не почувствовал. Наверное, бабушка была права. С того дня Федька стал внимательнее смотреть на свою подругу. А Верка маечку надевала только, когда шла на пруд. В бассейне она по-прежнему купалась в одних трусах. Федьке было стыдно и неудобно смотреть, но он молчал и смотрел с интересом. Он пытался смотреть не прямо, а искоса. А Верка как будто не замечала, как будто так оно и должно быть.

Они дружили с Веркой, хотя частенько дрались. Учились вместе в одном классе и даже сидели за одной партой. Время шло, они становились всё старше. Однажды Верка спросила Федю:

– Федька, скажи, а как вы на девчонок смотрите? Какая вам нравится, а какая не нравится? На что вы смотрите?

Фёдор застеснялся и не смог ничего ответить. Потому что после того, как он в первый раз дотронулся до её груди, она ему только и нравилась. На неё он только и смотрел, а других не замечал. Не существовало для него другой девчонки, кроме Верки.

В пятом классе Верка начала быстро расти и развиваться. По росту она даже Федьку обогнала. Федя старался есть побольше, даже придумал для себя упражнение: привязав гантели к ногам, он цеплялся за турник, но помогало это мало. Однажды Верка увидела, как он висит на турнике:

– А ты попробуй за шею подцепись, шею, может быть, вытянешь, – засмеялась она.

Федька обиделся, но промолчал, ничего не сказал. Ему очень хотелось быть хотя бы вровень с Веркой. А она уже была почти на голову выше его. Она часто становилась задумчивой, начинала его спрашивать о том, как смотрят парни на девушек. Федька понял, что она попросту влюбилась. Он узнал, что это был Виктор – парень гораздо старше Федьки, сильнее его и выше. Учился он классом старше, чем они с Веркой. Но учился он неважно, дважды оставался на второй год. Поэтому практически на три года был старше Федьки и Верки. А потому сильно отличался от Федьки. Почему Верка в него влюбилась? Федя думал и решил – потому что тот был красив. И хотя Федька по праву считал его неумным, Виктор танцевал на вечерах и на танцплощадке перед началом киносеанса с девушками-десятиклассницами.