* * *

А в это же время намного южнее и западнее Санариса всадник на чёрном коне возвышался напротив существа, аналогов которому не было больше нигде в Силоре. Тонкое, светло-зелёное, похожее на стебель гигантского цветка тело, гнущееся, как и конечности, похоже во всех направлениях. Последних было, как и у всех разумных этого мира было четыре, выглядели они точно также как и торс, только были более тонкими, причём и верхние, и нижние конечности были одинаковой длины и толщины. Конические ладони напоминали огромные листья непонятного растения и были лишены всякого намёка на пальцы. Уродливая башка той же формы, огромные сиреневые буркала и чудовищная пасть на пол головы, усеянная бесчисленными зубами довершали облик твари.

– Как идут дела в Роще, Шеол?
– Насмешливо рыкнул всадник.

– Пока хъорны и лианы подчиняются мне, но вот надолго ли, я сказать не могу.
– Прошипел в ответ жуткий, нечеловеческий голос, отдалённо похожий на смесь шуршания листвы и треска гремучей змеи.

– Да, полубогу непросто удержать в повиновении целую рощу.

– Так сделай же меня богом! Ты же видишь, я могу принять эту силу!
– Со страстной мольбой, так не вязавшейся с его кошмарным обликом, и от того казавшейся еще более жуткой, вновь прошипела тварь.

– Для начала, расскажи-ка мне, что здесь произошло? Как именно этот предатель Воронвэ смог справиться с твоим отцом?

– Он, видно с самого начала ожидал подвоха, успел взлететь в воздух до того, как его схватили лианы. Шамбахак прыгнул за ним, за что и поплатился!
– Бестия залилась отвратительным хохотом.

– А не ты ли помог ему в этом?
– голос всадника не предвещал, твари ничего хорошего - Ведь я знаю, ты давно метил на место отца. Может, ты и помог убить его, что бы потом занять его место?

– Я ненавидел Шамбахака, не отрицаю, но я не убивал его, можешь спросить хъорнов!

Самхейн мгновенно потерял всякий интерес к разговору. Живые деревья не способны лгать, но способны хранить абсолютно всю информацию, что прошла через них. Стереть воспоминания или подделать их у твари не хватило бы ни опыта, ни сил, а это значило, что она не обманывала.

Но, он всё же потянулся своей силой к разуму спящих стражей Рощи Кошмаров. Картинки в голове Бога Хаоса мелькали со скоростью молнии, и через минуту он уже знал всё. Воронвэ действительно удалось победить лишь чудом, и вины Шеола в этом не было никакой.

– Что ж, ты сказал правду, но будешь ли ты верен мне?

– Пока ты будешь, честен со мной, я буду, честен с тобой.
– Шипела тварь - Мне не нужна власть над людьми и другими, подобными им, я хочу лишь править в своей Роще!

Хорошо, но ты будешь обязан давать в моё войско своих тварей, да и самому тебе придётся сражаться с моими врагами.

– Да, да, я согласен!
– В радостном предвкушении забилась тварь - Ну же дай мне силу!

– Ты будешь владеть Силой Роста, как и твой отец.

– Да, да!
– Бестия билась в экстазе, издавая звуки, напоминающие сипение смертельно больного.

Самхейн сосредоточился и направил незримые нити силы к неподвижно замершему Шеолу. Ему предстояло перенаправить энергетические потоки внутри существа таким образом, чтобы оно могло напрямую управлять обещанной силой, задача непростая даже для Старшего Бога, требующая от него предельной концентрации. Но Самхейн был уверен в себе, далеко не в первый раз ему доводилось проделывать подобное, и он всегда добивался успеха. И вот, наконец, он позволил себе расслабиться.
– Ну что, ты чувствуешь изменения?

– О, да! Теперь я стал богом!
– Восторгу твари не было предела.

– Ну, всё, осваивай свои новые возможности, а меня ждут дела.
– Усмехнулся Бог Хаоса и добавил уже другим более жёстким тоном.
– И помни о данном мне слове, равно как и том, что бывает с теми, кто его нарушает.

* * *

И вновь чёрный конь скачет по дорогам Инфротерры, точнее не скачет, а летит, едва касаясь земли.

Когда-то давно он был джеррийским скакуном, одним из лучших даже среди своей породы, но скверный характер жеребца не давал никому даже близко подойти к нему, не рискуя попасть под острые копыта упрямца. Его пытались приручать: били кнутом, неделями не давали овса, но всё было бесполезно.

Коня уже хотели забить на мясо, но так случилось, что в Джерру приехал для принятия присяги местных правителей на верность Самхейн, уже тогда бывший повелителем большей половины континента. Ему и решили преподнести скакуна необычайной красоты. Бог Хаоса тогда долго и пристально всматривался в глаза жеребца, а потом одним движением вскочил в седло и помчался на нём в степь. Их не было полдня, а когда они появились, то не сразу узнали в кошмарной бестии, сопровождавшей Самхейн красавца Таргана (так звали жеребца). С тех пор они были всегда вместе, и весь континент содрогался от ужаса при звуках копыт чёрной твари и громового хохота её жуткого наездника.