Очень сильно перехватывает, ни вдохнуть, ни выдохнуть...

Очнулся полковник от резкой боли в щеке. Что-то ударило в скулу снова. Грудину тоже ломило. Тут воздух со свистом ворвался в рот и под аккомпанемент хрипа вылетел обратно. Воздух! Тяжело, со скрипом, но свежий воздух попадал в легкие. Вдох-выдох, вдох-выдох...

С дыханием дело безусловно налаживалось, но обнаружились проблемы со зрением. В глаза словно пару горстей песка насыпали - в туманной хмари плавали расплывчатые силуэты.

Кто-то схватил Смита под мышки и потянул вверх.

'Лори?', - удивился полковник.
– 'Мощная бабенка! Нехило накачалась в спортзале, меня тягает гантелей'. И тут же спохватился: 'Какая к чертям собачьим секретарша?! Привиделась же хрень! Это не 'демоны' ли его пакуют для дальнейших опытов?!'.

Второй инквизитор начал слабо вырываться, стараясь стукнуть противника кулаком. При этом не забывая жадно хватать ртом воздух.

– Господин полковник, успокойтесь, это я, Радулеску. Сейчас я вас усажу нормально...

Потенциальная жертва инопланетных опытов прекратила вырываться и замерла, хрипло дыша. Голос был узнаваем - Тадеуш. Значит, не 'демоны' его пакуют, а капитан из шкафа извлек. Успел все-таки. Если он - настоящий Радулеску, а не подмененный. Полковник опустился... на пол, кажется. И неожиданно для самого себя чихнул. Очевидно, сказалось пребывание в пыльном помещении. В глазах сразу же прояснилось. И в голове - тоже немного. Хотя соображалка варила слабо.

Продышавшись и протерев зенки, Смит выдавил:

– Принеси воды.

– Может, медиков вызвать?

Полковник яростно замотал головой:

– Нет! Никому ни слова!

После того, как капитан приволок бутыль с водой, и удалось напиться и ополоснуть морду, Смиту окончательно похорошело.

– Фу-ух... Что бы кто не говорил, жизнь - замечательная штука!
– Полковник вылил остатки воды на макушку и поднялся с пола.

Радулеску бросился было ему помогать, но Смит остановил подчиненного:

– Не надо, я в порядке.

Усевшись на стул, полковник последовательно осмотрел каморку, раскрытый шкаф, рассыпанные на полу документы, слегка обалдевшую физиономию Тадеуша и констатировал:

– Ну и рожа у тебя, Радулеску.

– Так думал...
– начал оправдываться капитан, но полковник перебил:

– Шучу. Отходняк у меня... Глюки-то в шкафу накрыли недетские. Словно дурь качественную принял.

Заявление про галлюцинации и дурь капитан оставил без комментариев. Руководителю виднее, что там его накрывало.

– Глушилки врубил?

– Одну секунду...

Пока Радулеску возился с приборами, полковник наслаждался... жизнью.

– Готово!

– Ты давно здесь?

– Пять минут, примерно. Или чуть больше, - ответил Тадеуш.

– И что?

Правильно восприняв сигнал начальника, капитан принялся докладывать по порядку:

– Прибыл в назначенное время, дверь заперта, я открыл, зашел... вижу - на полу карточки валяются, бумаги, а в шкафу шебуршание какое-то... Заглянул внутрь - а там вы... скрючились и хрипите. Я вас вытащил, а тут вы очнулись и начали кулаками размахивать. А потом за водой отправили...

– Шебуршание, говоришь... А я рассчитывал - стук будет, - усмехнулся полковник.
– Кстати, спасибо тебе, Тадеуш... за пунктуальность. Если бы ты опоздал немного... И думать неохота...

– Да не за что... во сколько было условлено, во столько и явился.

– Вот за то тебя и ценю - молодец... Гадаешь, поди, зачем я в шкаф залез и изнутри закрылся?

Капитан пожал плечами, изображая исполнительность и отстраненность, мол, если надо, начальство проинформирует о причинах не вполне адекватного поступка. Но на морде Радулеску, что называется, большими буквами был написан интерес к тому, что за чрезвычайные обстоятельства второго инквизитора в шкаф загнали. Неспроста ведь он внутри оказался.

Томить подчиненного полковник не стал и сообщил:

– Сердце у меня прихватило. Прямо перед шкафом. Думал - все, финита ля комедия, но успел внутрь завалиться и дверь захлопнуть. А не успей - ты наверняка тут труп мой хладный нашел бы. Дико повезло, что рядом со шкафом стоял, и дверь открыта была...

– Ничего себе...
– протянул Тадеуш.
– Значит, и до вас добрались.

– Добрались. И так уже припозднились, я удивлялся, когда за меня возьмутся - дождался... Слава богу, что...
– Полковник выразительно посмотрел на шкаф.