Чем больше проходило времени, тем призрачнее становилась надежда. Находясь в дали от меня, Лана наверняка поймет, ей и без меня не плохо и в конечном итоге, скажет свое «прощай».

Мы столько раз уже говорили друг другу это «прощай», что это было бы смешно, не будь это так грустно. Дабы как можно меньше думать, я старался как можно больше работать. Отвлекало конечно, но не до конца.

Когда на следующий день после инцидента, я пришел на работу, мне понадобился весь мой самоконтроль, чтобы не придушить Лейлу на глазах у изумленной толпы. Та же в свою очередь, будто почуяла, что дело плохо и старательно меня избегала. Первое время. Сейчас же, она снова начинает проявлять назойливые знаки внимания. Как же надоело!

Что Майкл, что Джули, были весьма удивлены сложившейся ситуацией, но прогнозов давать не решались. Майкл по сути вообще не сильно хорошо знал Лану, а сестра предпочитала просто отмалчиваться.

Так и шли дни. Как и обещал, я перестал отслеживать жизнь любимой, давая ей столь необходимое пространство. Ждал. Просто ждал. Все мое существо требовало действий, сделать хоть что-то, дабы подтолкнуть девушку к верному решению, но я не мог. И так слишком много обещаний я нарушил в свое время, это я просто обязан сдержать.

— Алекс, — в мой кабинет зашел Ник, наш статист, — Ты уже обдумал концепцию для «юнистрим»? Просто Лейле нужно знать, от чего отталкиваться.

— Странно, что она сама не явилась, — скривился я от звука имени девушки, — Нет еще, не обдумал. У меня и других дел полно.

— Что у вас с ней происходит? — полюбопытствовал мужчина.

— Ничего, — отрезал я.

— Но вы были такой парой, — удивился он, — Так почему вы не вместе?

— А потому что, Ник, мы никогда не были парой, — поджал я губы, чувствуя растущее раздражение, — У нас был всего лишь секс без обязательств, не более того. Но сейчас мне это и даром не сдалось.

— Но…

От неприятного допроса, меня спас мобильный, так кстати подавший признаки жизни. Когда я глянул на дисплей, ощутил как замерло сердце, ведь звонила Лана.

— Хватит, — оборвал я грубо, — А сейчас, извини. Я должен ответить.

Взглядом, я приказал мужчине выметаться и он послушно вышел. Призывая спокойствие, я наконец нажал кнопку «принять».

— Лана.

— Здравствуй, Алекс, — услышал я, — Я все решила. Нам нужно встретиться.

Последующие часы, я провел как на иголках. Время как нарочно замедлило свой бег, и казалось этому дню не будет конца. Виктор заметил мою нервозность, но я быстро оборвал все попытки узнать причину.

А как тут не нервничать? Сегодня все решится. День Х. Все или ничего. А самое неприятное, что мне остается только ждать конца рабочего дня, и гадать, что же меня ждет, без возможности повлиять на события. Мать вашу, да это самая жестокая пытка!

Когда наконец наступили желанные пять вечера, я рванул домой. Нужно привести себя в порядок, перед встречей. На все у меня какой-то час. Приняв душ, я быстро переоделся, лишний раз радуясь, что побрился еще утром.

И вот я стою как и договорились, у фонтана на площади. На часах пять минут седьмого, а Ланы все нет. Опаздывает или передумала приходить? Да нет, бред. Динамить не в ее стиле.

Наконец вдали я заприметил родную фигурку, и с облегчение выдохнул. Пришла.

— Извини, — нервно улыбнулась девушка, — Я опоздала.

— Ничего, — отмахнулся я, ощущая как растет напряжение, — Так чего ты решила?

Слегка закусив губу, Лана молчала. Казалось все вокруг замедлилось, я слышал каждый вздох и удар собственного сердца. Хотелось заорать, чтобы она перестала томить меня и мучить, но я молчал. У меня сложилось ощущение, что она так и не приняла решение до конца.

— Алекс, я… — Лана запнулась, — Я долго думала обо всем. И поняла, что люблю тебя несмотря ни на что. Но мне страшно. Я слишком пуглива, и я…

Закрыв глаза, девушка потерла свою переносицу. Ей сейчас не легко, но и мне не лучше. Вдох-выдох, вдох-выдох. Ну почему же ты молчишь, Лана? Каково же твое решение?

POV Алекс.

Молчание Ланы сводит меня с ума. Я ощущаю себя точно подсудимый, при вынесении приговора. Хотя, наверное даже они, подсудимые эти, так не волнуются.

— Алекс, -наконец снова тихо говорит она, — я хочу быть с тобой, но мне страшно.