Я продолжала обвинять его, мои кулаки били по его груди, намоченный материал футболки разрывался под моими пальцами, терзающими его. Я сошла с ума от всего этого.

— Он ублюдок. Ты чертов дьявол. Дай мне уйти! Пожалуйста! Я не могу больше. — Я царапала его, мои ногти вонзались в его плоть, пытаясь разорвать на части.

— Я ненавижу тебя, я ненавижу тебя. Я НЕНАВИЖУ ЭТО! СПАСИТЕ МЕНЯ, ПОЖАЛУЙСТА. КТО-НИБУДЬ, СПАСИТЕ МЕНЯ!

Беспамятство все-таки одержало победу, и мой разум закрылся от ужаса, ставшего моей жизнью.

Мой телефон непрерывно вибрировал около моего бедра, отвлекая меня от деловой встречи, на которой я был. Данные результатов испытаний новых препаратов заинтриговали большое количество медицинских комиссий и всех коррумпированных игроков черного рынка.

Мужчина, сидящий напротив меня в черном костюме от Армани, без галстука, с зачесанными назад черными волосами и хищными глазами, был одним из многих торговцев людьми, заинтересованный в свойствах, которыми обладал этот препарат. Я не состоял в его бизнесе, а сделал свое состояние законным путем, но с удачей, успехом и наукой, смешанной с моим собственным духом безнравственности, уходящим в мир организованной преступности черного рынка. Торговля наркотиками. Между работорговцами и всякими остальными отбросами. Это было неизбежно для кого-то как я стать частью этого мира, и со временем получить власть, которую так страстно желал.

Женщина, которую он привел с собой на ужин, явно была здесь, чтобы удовлетворить любые желания, которые могли у меня быть. Пешка, чтобы подсластить деловой договор. Она была далека от моего вкуса. Это не ее светлые волосы, хотя, как правило, я предпочитаю брюнеток, не ее худое телосложение и нелепые приклеенные фальшивые сиськи. Это был факт того, что Стар была оттрахана моим стояком, и он не хотел играть ни с какой другой игрушкой, кроме нее.

Мне нужно было исправить это. Я не мог позволить ей иметь надо мной любую власть, но я слишком далеко зашел в этой игре, чтобы прервать все сейчас, прежде чем придет время.

— Видишь ли, некоторых рабынь сломать легче, чем других, — он схватил женские волосы и заставил ее опуститься под стол. — Когда они оказываются на дне, они с радостью принимают новую жизнь, а с эксклюзивными кисками, как правило, приходится сложнее. Они любят свои жизни.

В любом случае в моей голове его шаг был бесполезным. Я должен был делать свое дело, это все что имело значение.

Небольшая рука осторожно и с легкостью расстегнула мои брюки. Ее ладонь потянулась, чтобы погладить мой неэрегированный член. Она работала со мной опытными руками, обученная своими господами для того, чтобы дарить удовольствие. Мне нужно было увидеть Стар, наблюдать за ней, запертой в ее комнате, чтобы возбудиться, пока кто-то другой доставлял мне удовольствие.

Вытащив свой телефон, я набрал код безопасности, чтобы получить доступ к камерам. Ее комната была пустой. В этот момент я заметил количество пропущенных вызовов и сообщений.

— Где она? — мой голос прогремел по коридору к Малику, который понесся ко мне на встречу.

— Я перенес ее в твои . Он сильно травмировал ее. Я не могу поверить, что позволил этому произойти.

— Я разберусь с тобой позже. Где он? — не так просто напугать Малика: он суровый, бывший военный. Но он знал, на что способен мой гнев, его настороженные глаза и поза говорили об этом.

— Он в своей комнате. Мария с ним. — Мария была его женщиной, приведенная только для того, чтобы сыграть роль, но она оказалась помехой, она должна была быть доносчицей информации, для такого как я.

Мои шаги поглотили пространство его комнаты. Он привстал из сидячего положения, поддерживаемый Марией. Я вытащил свой 9-мм пистолет, быстро прицелился и выстрелил. Она упала, как якорь, падающий в океан. Широкие глаза Тео изучали мое лицо.

— Ты посмел тронуть женщину, которая принадлежит МНЕ!

Он трясся. Слюнтяй.

У меня заняло две секунды, чтобы найти флакон дезодоранта. Он кричал, умолял, но я заглушил вопли, запихнув флакон в его рот. Челюсть Тео вывихнулась от абсолютной силы, когда я отстранился и придавил ногой, толкая флакон в его горло. Я видел, что страх погубил его, прежде чем его легкие, а затем и сердце, перестали работать.

— Она моя!

— Ты убил их обоих. — Я повернулся к Малику, смотря на него холодным взглядом. — Месть не любит компанию. Здесь же была чертова толпа. Пусть это будет тебе уроком.

Я хотела отмыть себя как снаружи, так и изнутри. Я чувствовала себя настолько грязной и сломленной, что не могла переносить это чувство. Мое лицо пульсировало от сильного удара, отдаваясь обжигающей пульсацией между ног. Я была полностью разрушена, не могла принять то, что произошло со мной. Я пришла к выводу, что хоть и приспособилась к окружающим меня обстоятельствам, но с таким жесточайшим насилием я не могла справиться.

Моя внутренняя борьба все еще бушевала, не желая отступать и сдавать позиции, к мужчине, которого я знала как «мистер Трой», хотя он называл себя Данте. Я чувствовала себя преданной им. Я с таким желанием, стремлением отдала себя в его руки, повиновалась его приказам, исполняла его глупые правила, а он бросил меня, пока тот мудак не разрушил меня окончательно. Боже, а было ли ему вообще дело до того, что со мной это случилось? Я очень сомневалась в этом.