– Я подумаю, – кивнула Сван.

– Вы оба знаете, какую благосклонность проявит к вам Блюститель, – продолжила Фриск. – Эти ИР на границах владений Правительства не всегда придерживаются правил. Его «благосклонность», вероятно, будет заключаться в том, что он предложит вам три варианта: медленное стирание памяти, сжигание в печи или казнь от рук Старых капитанов.

– Спали ее, – повторил Шиб, направляя шлюпку к берегу.

Сван ничего не сказала. Шиб поднял весла, встал, забросил на плечо рюкзак с оружием и спрыгнул на песок с носа шлюпки. Его соплеменница медленно встала и попятилась от Фриск, ни разу не споткнувшись. Скоро она оказалась на песке, а Фриск по-прежнему сидела в шлюпке. Она решила прыгнуть за борт в самый последний момент, если ситуация станет совсем скверной.

– На берег, – приказала Сван, словно прочитав ее мысли.

Ребекка помедлила, потом приняла решение и присоединилась к наемникам. Сван бросила взгляд на вытащенное на берег судно.

– Ты не сможешь постоянно держать меня под дулом пистолета, – заметила Фриск.

– Эбулан намеренно расстроил нервные связи в твоем теле, чтобы ты вела себя нерационально. Из тебя сделали мишень, как из раненого животного. В этом он совершил ошибку, которая поставила под угрозу выполнение главной задачи. Лекарства, которые ты принимала в последнее время, должны были стабилизировать состояние. – Сван не удержалась от сарказма. – Ты достаточно владеешь собой, чтобы понять, что самостоятельно тебе отсюда не выбраться.

– Гнусный краб, – пробормотала Фриск, бросая полный злобы взгляд на только что оставленное ими судно. – Я достаточно владею собой, чтобы предложить вам то же вознаграждение, что и раньше. Договорились?

Сван посмотрела на стоявшего с лазером в руке Шиба.

– Дай ей оружие, – сказала она.

Шиб наклонился и достал из рюкзака один из гранатометов, которые они взяли с собой специально для уничтожения хуперов. Он отвел ствол оружия чуть в сторону и бросил Фриск свой лазер.

– Уверен, более мощное оружие тебе не потребуется, – сказал он.

Она поймала пистолет и опустила ствол к земле. Чуть подумав, неохотно сунула его за ремень и посмотрела на вытащенное на берег судно.

– Что дальше? – спросила наемница.

– Мы найдем Джея, – ответила Фриск.

– А в этом есть необходимость?

– Это – часть контракта. Мы отправляемся на поиски Джея и тех, кто за ним охотится. Среди них явно есть Старые капитаны – только они могли вытащить судно на берег. Их мы убивать не будем. Они спустят для нас судно на воду, и мы направимся к Куполу.

Шиб искоса посмотрел на судно и фыркнул.

– Есть идеи получше, наемник? – резко спросила Фриск.

– У нас нет других идей. – Сван кивнула на прорубленную в зарослях тропу. – Их будет достаточно просто найти. Фриск долго смотрела на них, потом резко повернулась и направилась к тропе. Наемники последовали за ней. Шиб привлек внимание Сван, показал на свое оружие и резко крутанул ладонью. Сван улыбнулась в ответ, но он этого не заметил, потому что сконцентрировал все свое внимание на зарослях.

Форлам не шевелился и был бледным, как покойник. Ужасная рана под грудной клеткой была туго забинтована полосками, отрезанными от термоодеяла. Его штаны были залиты кровью и другими выделениями. «Что теперь?» – задумался Джанер. Разве мог выжить человек, если у него хватало половины внутренностей? Он задал этот вопрос Эрлин, наблюдая, как Энн и Планд привязывают обескровленного моряка к спине Рона.

– Он выживет. Вопрос в том, будет ли он человеком. Он может стать чем-то вроде… тела Скиннера, чем-то вроде самого Скиннера.

– А как насчет питательных веществ, жидкости? Как может тело выздороветь, если не хватает половины жизненно важных органов? – настаивал Джанер.

– Внутренние органы хуперов восстанавливаются значительно быстрее, чем поврежденные или отсутствующие конечности. Вирус Спаттерджей изменяет ДНК для оптимизации выживания. Рука не столь важна для выживания, по сравнению с системой пищеварения. Подумай о чудовище, которое мы только что видели. С точки зрения выживания самым главным органом был не мозг, а рот, поэтому появился рот.

– Мозг явно необходим, – возразил Джанер. – А как насчет органов чувств, расположенных в голове, отвечающих за обоняние, слух и зрение?

– Он чувствует то же самое, что и пиявка, – колебания и тепло. Что касается мозга, у него явно есть рудиментарный нервный орган в верхней части позвоночника. Он может держаться в вертикальном положении, что свидетельствует о том, что у него образовалось внутреннее ухо, его способность управлять конечностями говорит о том, что этот рудиментарный нервный орган мог развиться даже до состояния мозга насекомого. Скорее всего, так случилось потому, что на такие преобразования потребовалось значительно меньше энергии, чем на превращение в основном человеческого тела в тело пиявки.