– А вы куда собрались?
– Удивился Комин.

– Мы за тобой.
– Спокойно сообщил Беркет.

– Рассказывать ничего не надо, - добавил Волос.
– Мы сами едем. Так что слова ты не нарушишь.

– А ты слышал, что Бранигал в своей комнате заперся и не выходит?
– Как бы между прочим спросил Беркет.

– А я вот слыхал шепоток, - встрял Волос.
– Вроде бы один из послушников ему еду приносил, так тот велел оставлять под дверью. А послушник, не будь дурак, спрятался и дождался, когда Магистр высунется. Так говорит - лицо у него черное все и в лиловых разводах, будто месили не знаю уж чем.

– Врут, конечно, - безразлично протянул Беркет.
– Кто ж это станет Магистру морду бить. Разве что за что-то очень уж серьезное. А, Комин? Ты как думаешь?

– Расследователи, мать вашу, - буркнул Комин.
– Знали бы вы, во что лезете.

– Так мы ж не знаем, - миролюбиво протянул Волос.
– Мы так, погулять едем.

– Нам твоя компания нравится, - добавил Беркет.

– Ладно, что с вами делать. Поехали. Погорим, так все.

– Вот это мне нравится, - довольно ухмыльнулся Волос и пришпорил одного из своих жеребцов.

– Гнать будем всю дорогу, - предупредил Комин.

– Заметано.

Однако очень уж гнать не получилось, поскольку молодой жеребец Комина артачился, выкидывал коленца, и дорогой его постоянно приходилось учить.

– Убью тварь!
– Рычал рыцарь, в очередной раз утверждая свое превосходство над конем.
– Зашибу сволочь!

– Убьешь - на чем поедешь?
– Резонно замечал Волос.
– Ты спокойнее, Комин. Ласковей с ними надо.

– Прибью!
– Гремел Комин, и на этот раз не очень понятно было - кого.

В постоялых дворах Комин исправно справлялся о Барсе, описывал внешность, коня. Всадника на вороном арраканце чаще всего запоминали, и кое-какие сведения удавалось получить. Но Комина интересовало только одно - на сколько Барс опережает троицу рыцарей, а вот как раз в датах опрашиваемые больше всего путались, так что самый частый ответ был - ``проезжал, а вот неделю ли назад или две - этого не скажу, вы уж, господин, извините''.

Дальше - больше: местность стала оживленной, людной, количество гостиниц и постоялых дворов выросло до такой степени, что заезжать в каждый значило потерять уйму времени, а попасть наобум в нужный было почти невероятно. Комин злился, без нужды понукал жеребца, бурчал себе под нос - ``только бы успеть''.

Однако уже почти на подъезде к Умбре рыцарям подвезло: совершенно случайно они попали на постоялый двор, хозяйка которого оказалась бабенкой толковой и Барса хорошо запомнила. Так они узнали, что отстают от рыцаря на шесть дней.

– Поднажми, ребята, - торопил всех Комин.
– Ох, боюсь, не успеем. К псам ночевку, до Умбры всего ничего. Хоть денек еще отыграем, а?

В Умбру трое рыцарей Пламени въехали утром четвертого дня с момента прибытия сюда Барса. Это стоило им полного отсутствия сна на протяжении двух последних суток и долгой немилосердной гонки, от которой взмылились даже сменяющие друг друга жеребцы Волоса.

– 2 -

Пресытившись ролью объекта для нездорового любопытства и оттачивания сомнительного остроумия (выдержал, сколько смог), Барс опять сбежал от общества и отыскал потайную скамейку. С удивлением он понял, что встречи с принцессой ожидает с нетерпением. Было в этом полуребенке что-то такое, что нечасто встречается в людях - независимо от того, растут ли они во дворцах или в халупах. Как раз начинался фейерверк, все высыпали на центральные аллеи сада, и Барс под шумок перетащил в убежище кучу снеди (поймал себя на том, что выбирает эклеры, любимые Алиной, но оправдался тем, что ему они тоже понравились). Выбрал несколько графинов с напитками - соками и лимонадом. Принес фрукты - прямо в хрустальной корзине. Долго думал, как все это разместить: если на скамейке - то сидеть будет неудобно, если на земле - тогда не дотянешься. Наконец полез в кусты, отыскал конец бревна, в котором была вырублена скамейка. Как Барс и полагал, это был толстый, чуть ли не в три обхвата комель. Рыцарь аккуратно срезал его, стараясь не повредить кусты. В качестве проводника магии использовал шпагу - ту самую изящную поделку, что купил накануне. Это было, конечно, менее удобно, чем если бы он действовал мечом, но Барс справился. Труднее оказалось перекатить комель к скамейке, чтобы не помять при этом кусты. Барс справился и с этим. Скоро импровизированный столик был накрыт. Огонек рыцарь сначала не хотел зажигать - еще забредет кто-нибудь не тот. Потом поразыслил и все-таки зажег - совсем малюпасенький и очень низко, чтобы его с гарантией не было видно за спинкой скамейки. И стал ждать, ощущая себя при этом почему-то совершенно по-идиотски.

Принцесса не приходила долго. Постепенно Барс начал размышлять над тем, что он вообще здесь делает и зачем ему все это надо. С одной стороны, он вроде бы выполнял задание: находился на приеме и просто плыл по течению. Ему велели ждать здесь - он ждет. Кто знает, вдруг это часть провокации?

С другой стороны, заставить себя представить принцессу частью провокации Барс не мог, как ни старался. И вообще все эти рассуждения сейчас казались ему настолько лишенными смысла, что он даже поразился, как мог когда-то отнестись к ним серьезно. Доводы, которые приводил Верховный Магистр? Да бред собачий. Верховный Магистр Ордена, вешающий лапшу на уши рыцарю Ордена? Да, кажется невероятным. А почему? Что в этом такого уж невозможного? Магистр - не сверхсущество, всего лишь человек. Может ошибаться. Может, скажем, наделать ошибок и пытаться их прикрыть. А может ли оказаться и вовсе подлецом? ``А почему нет?'` - Спросил себя Барс.

Хорошо, а почему именно сейчас эти мысли пришли в голову? Только потому, что первый же шаг не принес результатов? Так прием еще не закончен. Или потому, что вдруг появилась милая девочка, живая и непосредственная, способная смотреть на вещи не так, как окружающие? И отчего-то захотелось, чтобы не было никакой провокации, никакого задания, никакой Клятвы. И большого приема тоже не было, а был только этот старый сад под звездным небом, и маленький голубой огонек над импровизированным столиком, и чтобы она наконец пришла?