– Конечно, Альбус, - ответила она, и я вжался в стенку, пропуская их, а потом на цыпочках пошел следом.

Том шел как-то странно, покачиваясь, и закрывал лицо платком.

– Не расстраивайся так, Гарри, - неожиданно мягко сказала МакГонаггал и взяла его за плечо.
– Я понимаю, ты хотел увидеть крестного, но... Поверь, лучше не стоит.

– Почему?
– выдавил он.

– Я помню его школьником, - сказала она, - он был хулиганом, как и твой отец, но я и помыслить не могла, во что он превратится. Это кровь Блэков виновата, Гарри. Слишком много браков между родственниками... Ты знаешь, что родители твоего крестного были троюродными братом и сестрой?

– Правда?
– удивился Том.

– Да. У магов такое часто бывает, но иногда это плохо заканчивается для детей. Рождаются сквибы или... такие неуравновешенные, как Сириус. С возрастом он становился все более неуправляемым, а уж что с ним сталось после Азкабана, я боюсь даже представить, - серьезно сказала МакГонаггал.

"Азкабан его не сломал, - мог бы сказать я, но промолчал.
– Иногда кровь Блэков -- это серьезный аргумент."

– Понятно... Я не буду больше нарушать правила, обещаю, профессор, - выговорил лже-Поттер. Мы уже подошли к входу в гриффиндорскую гостиную.

– Ну, иди к себе, - кивнула МакГонаггал, и Том шагнул через порог, а я за ним следом.

Он, пошатываясь, дошел до спальни, а там попросту свалился на кровать, а уж выглядел -- краше в гроб кладут!

– Том!
– с ужасом позвал я.
– Том!

– Заткнись и запечатай дверь...
– через силу ответил Риддл, и я поспешил выполнить его указание.

Грейнджер, выбравшись из-под кровати, смотрела на нас круглыми глазами.

– Ты чего?
– спросил я, растерянно топчась возле Тома.

– Я сейчас сдохну, - честно сказал он.
– Дайте воды...

Глотнув из кувшина, Риддл продолжил:

– Кажется, я себя переоценил...

– Так они догадались, что ты -- не Поттер?!
– ужаснулся я.

– Силы я свои переоценил, болван!
– рявкнул он, и я успокоился.
– Два легилимента... Мать их, у меня чуть мозги не взорвались! Хорошо, не одновременно работали, иначе бы мне не выдержать... Рональд, у тебя там зелье было от головной боли... с собой, нет?

– В тумбочке, - ответил я, - и оно со снотворным.

– А...
– Том с трудом сел, держась за висок.
– Гарри, одолжи мантию, будь человеком... Я уже на себя чары наложить не смогу, сил нет, а Уизли не умеет. А тут оставаться нельзя...

– Держи, конечно!
– выпалил тот, сдирая с себя серебристую тряпку.
– Только...

– Верну, не галди, - болезненно поморщился Риддл.
– Гермиона... спасибо.

Она приняла у него хроноворот и ничего не сказала. А заставить ее замолчать - дорогого стоит!

– Тебе спасибо, - прошелестела она наконец. Я тем временем проверял, чтобы из-под мантии-невидимки ничего не высовывалось. Впрочем, она была рассчитана на взрослого, а Риддл все еще пребывал в облике Поттера.

– Рональд, ты все слышал?
– спросил Том.

Тут я спохватился и быстро пересказал беседу с профессорами.

– Держись этой версии, если что, - сказал я Поттеру и потащил Риддла на выход.

По правде говоря, он был совсем плох и до нашей спальни дошел явно на одной только силе воли. Ему еще хватило самообладания на то, чтобы слопать "отменяющее печенье", запить прибереженным мною зельем и упасть в постель. Всё, теперь я остался за старшего...

К тому моменту, как штатная Шахразада прекратила дозволенные речи, у Джинни чуть ли не огонь из ноздрей полыхал.

– Из-за этих недоделков Том чуть ли не при смерти, - прошипела она, осторожно подсовывая подушку ему под голову.
– Была охота возиться!

– Тебя бы сейчас да на герб Слизерина, - сказал я мрачно.
– Сама понимаешь, они могли нас выдать, а стирать память уже было поздновато. Если только опять с хроноворотом чудить, но это, как я понял, палка о двух концах.

– Я читал, - вставил Невилл, - так можно вовсе запутаться, что было, а чего не было. Или,например, ты подправишь одно, а случится что-нибудь другое, еще хуже. Ты поправишь это другое, а реальность перекосит так, что ты и хотел бы вернуть всё, как было сначала, но уже не сможешь!

– Вот-вот, - кивнул я.
– Ладно, будем надеяться, все обойдется, а ничего криминального в голове у Тома откопать не сумели. А чтобы не демаскироваться, давайте-ка живо за учебники!

– А что это ты раскомандовался?
– прищурилась Джинни.

– Я сказал -- за учебники, - негромко повторил я, хотя сам испугался -- а ну как не сумею принудить строптивую сестричку к послушанию?
– Полагаешь, Том обрадуется, если ты завалишь экзамены? А сидеть подле него не нужно, не сдохнет. Риддл -- тварь живучая!