— Гуэнь, тебя ж за ногу! — почти прорычал я, чувствуя, что без полного курса по географии и политической истории этого мира, на вопрос мне так и не ответят.

— Цвета герцогств, пошли от нарукавных повязок отрядов мятежников, свергнувших предыдущую династию и прогнавших из страны островитян. Лидеры белых, пурпурных, алых, оранжевых, жёлтых, зелёных, голубых, синих, фиолетовых и чёрных, захватив власть в государстве поделили его между собой. Восемь из них стали полноправными герцогами. Белые, как предводители, взяв титул «Солнце» сели на трон, а безземельные пурпурные получили пост Канцлера и являются второй по значимости семьёй в Королевстве.

— Тьфу ты, — сплюнул я, в сердцах проклиная эльфа, не способного односложно ответить на элементарный вопрос. — Прямо «Герои Меча и Магии» какие-то. Что? Трудно было сказать, что земли названы в честь цветов выигравших «персов»…

— Э… — эльф, похоже, слегка завис.

— И что в итоге мне с этой картой делать?

— …А? Да собственно ничего особенного. Носи с собой, она, что-то вроде разрешающего документа на определённые виды работ. Спросят — показывай. Но только не святошам и магам. Подделка как ни как.

Тем временем телега, медленно, но верно, приближалась к расщелине. Монструозная корова не чувствуя вожжей, брела сонно переставляя ноги. Убрав карточку в один из отвисших карманов трофейного халата, я вновь по привычке стегнул химеру. Ремни рванули кольца, продетые в чувствительные «скобы», особые петельки плоти, расположенные у животного прямо за челюстным углом. Бедный Гобик, не приученный к такому варварскому обращению взревел, выпучил глазищи и припустил вперёд, отчаянно семеня коротенькими лапками.

Лес резко закончился, как и накатанная дорога. Колёса гулко застучали по крупным растрескавшимся камням, фургон закачался, а мы с эльфом запрыгали на жёсткой скамейке.

— Давай, дальше я сам, — сказал эльф, забирая у меня управление мутантом и тут же притормаживая разогнавшуюся животинку.

— В любом случае, — твоя очередь, ответил я, разглядывая открывшуюся мне картину.

А посмотреть было на что. Часть горы, непосредственно перед въездом в расщелину, была удалена, и представляла собой огромную подкову с отвесными стенами, усеянными многочисленными башенками и бойницами, как будто вплавленными в её поверхность. Более того, всё внутреннее пространство подковы, было усеяно массивными шестигранными колоннами и тумбами разной высоты, на вершинах которых стояли массивные жаровни.

Сам проход, оказался метров сто в ширину и даже отсюда, от своего въезда давил на психику, заставляя восхищаться величием существ, способных рассечь насквозь горную гряду и возвести такую вот, захватывающую дух, красоту. Он казался бесконечным, угрюмым и величественным, а о его рукотворном происхождении говорили не только абсолютно отвесные тщательно обработанные стены, покрытые какими-то уже давно не читаемыми барельефами и уходящие к самым вершинам, но и массивные шестиугольные пилоны, обрамляющие въезд.

— Впечатляет? — спросил эльф, вздёрнув уголок рта в кривоватой ухмылке. — И не подумать, что подобное могли отгрохать дикие коротышки.

— Угу. Это и есть «Катай Дайкон»? — спросил я.

— Коттай Дунсон. Не… Это всего лишь «ворота» в так и не свершившееся третье дворфийское царство. Защитный амфитеатр. Так — первая линия обороны от гноллов, живших когда-то в пустынях по эту сторону гор. Сам замок находится в центре перевала и отсюда не виден.

— Гноллов? Человекоподобных гиен? — блеснул я знаниями фэнтезийного бестиария.

— Может и были там гиены. Не знаю. Гноллами у нас называют зверолюдей, коренных жителей этих земель. Дед, который застал закат их расы, говаривал, что странная это была порода. Частично разумная, а частично нет. Вроде как, у них в одном и том же выводке, могли уродиться и хозяин, и его верный пёс. А безмозглая животина, даже отдалённо не напоминающая гуманоида вполне могла родить гения, отличающегося от нас с тобой лишь формой ушей да хвостом.

— И что с ними случилось?

— Выродились, — коротко ответил Гуэнь, а затем после секундного молчания добавил. — Вроде как дворфы к этому руку приложили. Деда рассказывал, что когда-то, когда дети Эльматерасу только пришли в этот мир, гнолы были великой цивилизацией, да и сами они были красивы. В общем не чета людям.

Он бросил на меня быстрый взгляд и поправился, а я в свою очередь сделал для себя очередную заметочку про, довольно таки, расистские взгляды моего спутника. Впрочем, наверное, в мире, где взаимно существуют столь разные разумные виды — это неизбежно.

— …местным людям. Но потихоньку разум стал покидать гноллов. Всё чаще стали рождаться безмозглые животные, а затем с юга пришли предки людей Святой Земли и Земли Знаний и просто уничтожили их последние стаи.

— А это что за колонны? — спросил я, глядя как эльф объезжает один из монолитов с жаровней.