* * *

— Твою же мать!

— Какого хера?

— Бляха, опять?!

Заслышав какофонию голосов, Блэсфим подняла взгляд от кучи мусора, которую намела в кафетерии и, ахнув, уронила метлу, ошарашенно смотря вперёд. В центре кафетерия, на одном колене стоял Ревенант, раскрыв крылья, но в этот раз они были опалены, а по его лицу и телу текла кровь. От лоскутов одежды тонкими струйками вился дым, когда Ревенант поднялся во весь свой впечатляющий рост.

— Ревенант! — Она подбежала к нему. — Что случилось? Ты в порядке?

Он раскрыл ладонь, на которой лежала пробирка с тем, что Блас посчитала кровью.

— Танатос… отказался сотрудничать.

— Господи, Ревенант, — сказала она. — Мне так жаль…

— Всё в порядке. Ничего такого, с чем бы ни справился. Я уже почти излечился.

— Я не о ранах говорила.

Он вперил взгляд тёмных глаз в неё, и в следующие тридцать секунд, Блас думала лишь о том, что из всех женщин, на которых он мог вот так смотреть, он выбрал её.

— Не надо сожалеть, Блэсфим. — Его голос был пропитан горечью. — Какие бы последствия я не заработал, с радостью их оплачу.

Глаза жгло от не пролитых слёз, Блас не знала что сказать… как выяснилось через секунду, говорить ничего не надо было. Ревенант перешёл в боевой режим, напрягся всем телом, а на лице появилось решительное выражение. Он прошёл мимо неё к столу, где лежала книга пруоси, и положил рядом пробирку

— Ты уверена, что это сработает? — спросил он.

Она открыла книгу там, где подробно описано, что делать.

— Должно. Мне нужна ДНК того, кем я притворюсь. В нашей базе есть ДНК Неистинного ангела, так что я смогу сохранить прикрытие…

— Ты должна прикрыться другим видом. И сменить работу.

Она уставилась на него.

— Ты напился? Я не уйду из клиники.

— Придётся. — Он провёл рукой по своим густым волосам. — Тебя ищет Сатана.

— Забавно, Рев. — Когда он не улыбнулся, у неё сжалось сердце. — Погоди… ты не шутишь? Меня ищет… Сатана?

Ревенант судорожно вдохнул, задержал дыхание и медленно выдохнул.

— Из-за меня. Я привёл его к тебе, и теперь он хочет использовать тебя, чтобы убедиться в моей преданности. Единственный выход: ты создаёшь себе новую личность и строишь новую жизнь.

Раньше для Блас было нормой создавать новые личности и жизни, но она успела тут освоиться и не могла вот так всё бросить.

— Я не могу. Я отдала всё этой работе. Этому месту. Этим людям. Здесь моя жизнь, Ревенант.

— И здесь же, если останешься, найдёшь смерть.

Она, оцепенело, опустилась на стул.

— Невероятно. Я всегда буду гусеницей, да?

— Гусеницей?

— Которая никак не превращается в бабочку. Я знала, что снова маскируясь Неистинным ангелом, отрицаю себя, но, по крайней мере, так знаю чего ожидать. Я вроде как ангел… Но вновь буду поймана в ловушку нежеланного тела.

— Ты не будешь в ловушке. Ты… — Он замолчал, поскольку Призрак вошёл в кафетерий. Выражение его лица было спокойным, а вот взгляд…

Блас по нему поняла, что назревали беды.

— У нас проблема, — произнёс он, понизив голос, чтобы его услышали только Рев и Блас. — Ангелы окружили больницу и клинику, и они каким-то образом смогли заблокировать Хэрроугейты. Никто не может не войти, не выйти, не пройдя мимо ангелов.

— Я могу, — возразил Ревенант.

Призрак склонил голову.

— Ты и Ривер, вероятно, единственные, кто может перенестись сюда и отсюда.

— Чего они хотят? — спросила Блэсфим, хотя уже знала ответ.

— Тебя и твою мать. И они сказали, что не уйдут, пока мы не отдадим вас обоих.

* * *

Ревенант уставился на демона-семинуса, который управлял больницей, надеясь, что он не скажет: «Блэсфим. давай-ка отдадим тебя им».

Потому что затем док сдохнет.

— Блэсфим, — продолжил Призрак, — не переживай. Мы разберёмся.

— Я могу перенести Блэсфим и её мать отсюда в безопасное место, — предложил Ревенант. — А затем вернусь и разберусь с ангелами. Я уже их много убил.

И он бы наслаждался каждой секундой этого. А после, стоянка больницы будет походить на великую бойню подушками. Кровавую бойню подушками.

— Это, в любом случае, временная мера. — Блэсфим спрятала руки в карманы. — Они знают кто я, где работаю. Не думаю…

Вспышка света заполнила кафетерий, и, судя по покалыванию в затылке Рева, пришёл Ривер. Спустя мгновение, ангел материализовался, и выглядел всё таким же рассерженным, что и у поместья Танатоса. Он вперил убийственный взгляд в Ревенанта.