– Добрый вечер, Игорь Викторович. Меня зовут Оксана, я обслуживаю ваш столик. С чего вы хотите начать? – промурлыкала молоденькая официантка, не сводящая горящего взгляда с Лазаря.

Девочка, знала бы ты хищника, скрывающегося под этой аппетитной личиной…

– Я буду воду. Дама? – бросив на меня короткий взгляд, он зарылся в папку, которую держал в руках с тех пор, как вышел из машины.

– То же самое, – я улыбнулась официантке и кивнула подбородком в направлении бара.

Она прищурилась и сжала челюсти, от чего её миловидное лицо исказилось до неузнаваемости. Я приподняла одну бровь в удивлённом жесте, как бы спрашивая: «Ты ещё здесь?». С недовольным лицом, но натянутой на него улыбкой, она удалилась.

Я опустила глаза на отполированную поверхность стола и принялась изучать структуру дерева. Передо мной легли фотографии с определённо знакомыми мне лицами.

– Твоя работа? – вопросил Игорь, вынуждая меня поднять на него взгляд.

Он выглядел расслабленным и, я бы даже сказала – довольным. В его глазах – восхищение, уголок губ приподнят в ухмылке, указательный палец постукивал по скуле, на которой появился небольшой шрам, который я не заметила раньше.

– Официально они покончили с собой, – повела плечом я, отодвигая фотографии.

– А неофициально? – он чуть заметно прищурился, и уголки его глаз испещрили мелкие морщинки.

– Возможно кто—то стоял рядом, когда они пускали себе пулю в голову.

Я замолчала как раз в тот момент, когда наша официантка подошла к столу и водрузила на него две бутылки Perrier. Игорь быстрым жестом дёрнул со стола снимки и убрал их обратно в папку.

– Спасибо, Оксаночка, дальше мы сами, – мягким голосом остановил её порыв налить воду Лазарь, – Позволишь? – кивнул он в мою сторону.

Открыв зелёную стеклянную бутылку, Лазарь наполнил мой бокал. Я сделала несколько мелких глотков, и отвернулась к окну, изучая очертания крыш домов; до тех пор, пока не упёрлась глазами в статуи ангелов на колоннаде собора. Начало смеркаться, и в тени приглушённых тонов они выглядели немного зловещими, по очертаниям больше напоминая огромных горгулий.

– Как тебе удалось сбежать? – спросил Игорь.

– Мир не без добрых людей, я уже говорила.

– И теперь ты мстишь?

Я неопределённо хмыкнула и пожала плечами, продолжая смотреть в окно.

– Не обижайся на меня, но, на мой чисто субъективный взгляд, ты сама виновата. Знала же, куда лезла.

Я повернула голову и посмотрела на него. Он вздрогнул, а я взяла ножку бокала и начала крутить его пальцами.

– Мне было пятнадцать, когда я попала к Ратмиру.

Лазарь едва заметно напрягся и сделал глоток воды.

– И меня, в общем—то, никто не спрашивал, хочу ли я в это лезть или нет, – продолжила я.

– Могла бы обратиться к кому—нибудь за помощью, – перебил меня Игорь, не отводя взгляда.

– Я обратилась через пять лет к одному человеку, – мой голос приобрёл твёрдость, а пальцы сжались.

– А всё это время ты что делала? – таким же стальным голосом ответил он, – Наслаждалась своим положением?

– Я не хотела этого, – вырвалось у меня.

– Чушь. Я знаю девочек, которых продавали в рабство, и они выбирались из него.

– Я выбралась, но ты меня нашёл. И сдал, – выплюнула я, вцепившись в ножку хрустального бокала.

«Соберись, Оля» – шепнули остатки разума, но я не послушала его. Глаза стали наливаться кровью, я в голове эхом отдавались его далёкие слова, которые он прошептал мне на пустующей ночной трассе пять лет назад:

«Ничего личного, просто бизнес».

– Ты хреново пряталась, Сладкая, – с улыбкой ответил он, – И чего ты ожидала от меня? Что я помогу скрыться любимой сучке Ратмира? Я никогда не имел склонности к суициду.

– Да пошёл ты, – я выплеснула остатки своей минералки ему в рожу и подскочила с места, уронив стул.

Кровь стучала в висках, колено опять заныло и руки пробивала дрожь до локтей. Нетвёрдой походкой я направилась к выходу из этого ресторана, который определённо мне нужно было посетить в одиночестве.