Шрифт:
– Ч-что?
Изабель закивала.
– Он жив, ты не ослышался, – улыбнулась она сквозь слёзы. – Саймон спас его. Он смог.
Алек и Джейс перевели взгляд на Льюиса.
– У него была остановка сердца, – произнёс тот уверенно. – Оно не выдерживало всей нагрузки. Я вытащил его буквально с того света. Работа мозга ещё нестабильна, но он сам дышит и должен в ближайшее время прийти в сознание. Мы ещё наблюдаем за ним и…
Договорить ему не дали сильные руки Алека, которые сгребли его в объятия.
– Спасибо, – прошептал он тихо, и Саймон обнял его в ответ и похлопал по спине.
– Он и мой друг, Алек, я бы себя не простил.
Лайтвуд отстранился, и его тут же обняла Изабель.
– Льюис! – воскликнул Джейс. – Ты просто… ты… Ты не только Магнуса спас, ты всю Цитадель из кризиса вытащил!
Парень смущённо улыбнулся и ответил на рукопожатие блондина.
– А можно сейчас к нему? – спросил Алек робко.
Саймон улыбнулся ещё шире.
– Конечно.
***
Магнусу казалось, что так будет продолжаться целую вечность. Он находился в прежней гостиной, и рядом, держась за руки, сидели его родители. Рагнор и Катарина устроились в кресле напротив. По телевизору фоном шёл какой-то фильм, с улицы доносился шум проезжающих мимо автомобилей и кричащей детворы. В воздухе витал запах весны, лёгкий ветерок ворвался в дом через открытую форточку.
Они смеялись, хотя Магнус не мог уловить смысла разговора, но было так весело, так хорошо, так легко. Рядом были все, кто был ему нужен, и этот солнечный денёк радовал глаз своими яркими красками зелени и разноцветных домиков, что виднелись за окном.
В какой-то момент он поднялся на ноги и направился на кухню, чтобы предложить всем чай, но, проходя мимо широкого зеркала в коридоре, замер на месте. Его волосы были растрепаны, на лице ни грамма косметики, на теле, вместо облегающей майки, был чёрный свитер, несколько больший, чем нужно, и явно не принадлежащий ему. Магнус поднёс руки к лицу и втянул носом запах: такой знакомый, такой родной. От него голова шла кругом, а по телу разливалось приятное тепло. Он обхватил себя руками и потерся подбородком о плечо. Так хорошо.
– Вернись, – раздался тихий шёпот, и Магнус подскочил от испуга.
Он резко обернулся на звук, но обнаружил лишь пустой коридор.
– Прошу, – повторился шёпот.
Магнус медленно развернулся к зеркалу. В отражении за его спиной стоял высокий парень и с невыносимой болью в голубых глазах глядел на него.
– Куда? – только и смог вымолвить он.
– Ко мне, – ответил парень.
– А ты… – он запнулся, внезапно находя для себя лицо парня знакомым, и нахмурился. – Я тебя знаю.
Парень кивнул и улыбнулся, но как-то печально и даже вымученно. Он стоял прямо за спиной, и Магнус чувствовал его присутствие, его дыхание в своих волосах, его запах, который был таким же, как и запах, исходящий от свитера.
Мускулистые руки парня, увитые чёрными знаками, осторожно опустились на талию Магнуса, и по его телу пробежала дрожь от этого прикосновения. Парень наклонился вниз и коснулся губами его уха, опаляя горячим дыханием. Он просто стоял, и эта близость сводила Магнуса с ума, а потом парень заговорил.
– Ты не можешь уйти.
– Я дышать не могу без тебя.
– Останься.
И каждое слово мурашками оседало на позвоночнике, заставляя колени дрожать.
– Я люблю тебя.
Магнус откинул голову ему на плечо, понимая, что сходит с ума, и повернулся к парню лицом, и в следующий же миг пухлые губы коснулись его губ.
И это было подобно вспышке – Магнус вспомнил. Одно воспоминание за другим, столько боли, а потом… Алек. И это ощущение парения и приземленности одновременно. Сладкая боль и чувство защищенности. Нежность, забота, любовь в голубых глазах, того самого цвета, цвета прежнего неба.
Он оторвался от губ, чтобы заглянуть в них, но вокруг теперь была лишь темнота. И она давила на него, проникая в уши, нос и рот, просачивалась в сознание, погружая в себя всё его тело.
***
Проблески света мерцали меж смеженных ресниц, и веки были такими тяжёлыми и неподъёмными, словно налитые свинцом. В ушах звенело, боль тугим обручом сковала голову, руки не хотели слушаться, и малейшее движение было для него сейчас недоступно.
Он еле слышно вздохнул и почувствовал, как его пальцы сжимает чужая ладонь.
– Магнус?
До боли знакомый голос. Магнус должен открыть глаза. Он приложил ещё больше усилий – и яркий свет ударил по зрачкам, заставляя головную боль усилиться в несколько раз, так сильно, что Бейну казалось, будто череп сейчас затрещит и разломится на части.
Над лицом нависла тень от чужого тела, взору предстали голубые глаза. Магнус слабо улыбнулся, когда увидел его. Алек выглядел ужасно: огромные синяки под глазами, осунувшееся лицо, усталый взгляд – но никогда ещё Магнус не хотел поцеловать его так сильно.